Книга Сердце демона, страница 117 – Анна Сешт, Алекс Сэро

— А остальные?

— Живы, все живы, – успокоил её Брэмстон. – Но дело скверно. Хайту разбери, что там вообще происходит. Культисты, мертвецы разной степени свежести. Твари с пёсьими головами, строгающие живых и мёртвых на кебаб. Нам бы поторопиться…

— Да тихо вы! – рявкнул Раштау, не оборачиваясь, и подался ближе к стеле.

— И я тоже рад тебя видеть, старик, – усмехнулся Брэмстон.

«Старик». Так же называл Раштау и Предвестник, хотя стариком жрец, конечно, не был. Вот только Брэмстон произносил это тепло, насмешливо, тогда как в голосе некроманта сквозили неприкрытые презрение и ненависть.

Наклонившись к Аштирре, менестрель шепнул ей на ухо:

— Он что, пытается это всё запомнить?

Девушка кивнула и указала на саркофаг Кадмейры, не удержавшись от гордой улыбки. Брэмстон изменился в лице.

Его взгляд сделался совсем таким, как в ночь на стене Обители, когда он рассказывал о путешествии в храм Золотой и пел о царице. Он будто снова стал восторженным мальчишкой, впервые соприкоснувшимся с тайнами и чудесами своих предков. И, наверное, ни на кого из живых он не смотрел так, как сейчас смотрел на этот саркофаг.

Чуть сжав руку Аштирры, менестрель потянул девушку за собой. Они остановились перед ложной дверью плечом к плечу, глядя на воплощение их общей мечты, не веря себе. Невероятно… Целая вечность поисков многих поколений выкристаллизовалась в это мгновение, и страшно было даже вздохнуть, чтобы не спугнуть.

— Ануират должны вернуться в гробницу и уйти к Водам Перерождения, – хриплый голос Раштау прорезал тишину зала. – Но прежде мы заберём саркофаг.

— Почему мне кажется, что всё не так просто, как звучит? – с сомнением протянул Брэмстон, оборачиваясь к жрецу, так и не выпустив руку Аштирры.

— Потому что так и есть.

Раштау открыл замки на футляре, и на его лице отразилось болезненное сожаление. Внутри оказался простой стеклянный фиал с тёмной жидкостью – раньше Аштирра такого не видела. С усилием он поднялся, опираясь на колонну, и в следующий миг решительно откупорил сосуд и выплеснул содержимое на стелу.

Брэмстон и Аштирра издали протестующий возглас, но сделать уже ничего не успели. Гладкая поверхность плиты оплавлялась, словно масло над огнём. Вязь иероглифов искажалась, таяла, повинуясь действию неведомого зелья, усиленному Всплеском.

Вот так и стирались имена из летописей…

— Первый ключ теперь есть только у меня. – Раштау тяжело вздохнул, прикрывая глаза, и указал на саркофаг Кадмейры. – Второй – у неё.

Из прохода снова раздался шум. Аштирра насторожилась, но Брэмстон не выразил никакого беспокойства – словно только того и ждал. Раштау так и вовсе оставался ко всему безучастен, будто даже пребывать в сознании стоило ему усилий. Впрочем, так и было.

Из прохода появился кочевник, в котором Аштирра узнала одного из следопытов Ришниса. За ним показалась пара воинов из отряда Фельдара.

— Госпожа! – воскликнул хиннан. – Ты нужна наверху!

Аштирра беспомощно посмотрела на отца, не желая оставлять его одного.

— Раны серьёзные. Смерть близко, – продолжал кочевник, умоляюще глядя на жрицу.

— Иди, – тихо велел Раштау.

Брэмстон ободряюще сжал руку девушки, прежде чем отпустить, и обратился к воинам:

— А мы с вами пока проводим наверх нашего досточтимого жреца и одну небезызвестную царственную особу. Верёвки-то хоть не забыли?