Книга Память мёртвых на Весах Истины, страница 181 – Анна Сешт

Колесничие обогнули пару передовых отрядов пелесет, ощетинившихся копьями, ударили во фланг пехоты, вскрывая, точно охотничий нож – мягкое нутро. Первые стрелы и дротики находили свои цели.

Когда буря улеглась столь же внезапно, как и началась, пришёл черёд лучников, направивших несколько залпов горящих стрел, от которых потемнело небо.

Рамсес попытался повторить стратегию своего отца против кораблей, зажатых в узком русле притока Итеру.

И когда отряд Нахта выбрался из укрытия, спеша к реке, чтобы успеть в город в срок, меджай увидел, как горели величественные корабли, наводившие ужас на все известные земли, покорившие уже не одну империю.

Конец первой битвы знаменовал лишь начало войны. Но тогда Нахт ещё не знал, насколько этот первый бой преломил ход всех последующих.

* * *

Пробраться в Пер-Рамсес тайно оказалось не так легко: воины акаваша и пелесет вышли на марш. Боги Кемет в самом деле благоволили Рамсесу, потому что акаваша тоже перебрасывали часть своих войск на тяжёлых колесницах. И их колесницы не приняли участие в сражении на берегу, присоединившись к большей части войска, двинувшейся в столицу по земле. Редко когда среди совершавших набеги племён можно было увидеть их основную ударную силу – тяжеловооружённых воинов в составных литых бронзовых доспехах, с высокими щитами из двух переходящих друг в друга полукружий и длинными копьями. Основная часть их бойцов были вооружены более лёгкими щитами и короткими мечами, но сохранила в снаряжении конические шлемы, украшенные мозаикой из кости или рога.

Снаряжение воинов-пелесет было ярким и разномастным. Кто-то носил доспехи из кожаных и льняных полос, похожие на те, что носили сами рэмеч. Кто-то – собранные из поясов-пластин бронзовые панцири с тяжёлыми наплечниками и украшенные на груди литыми дисками. Эти доспехи выглядели не столь устрашающе, как панцири акаваша, но давали больше маневренности. Пелесет отличали необычной формы шлемы, полые, бронзовые, украшенные щётками из перьев, тростника или конского волоса. Их щиты были лёгкими, округлыми, как у большинства акаваша.

Прежде Нахту не доводилось встречаться в бою с такими бойцами. Его опыт был ограничен рассказами Усерхата и командиров свиты Рамсеса, а также тренировками в лагере царевича. Но мысленно меджай уже прикидывал слабые места противников. И сам он ростом и крепостью не уступал могучим акаваша, более рослым, чем большинство рэмеч.

Простой люд Дельты был не слишком рад прибытию чужаков и как мог помогал своим защитникам. Рыбаки сами охотно предложили отряду Нахта перебраться по воде, значительно сократив путь до столицы, и меджай успел прибыть к посту городской стражи в срок.

Ворота были распахнуты – никто не готовился к войне. Отозвав командира в сторону, Нахт предупредил его о приближающемся войске.

— Так, значит, это правда? Они уже успели высадиться? – упавшим голосом проговорил рэмеч. – Я не знаю, что делать, меджай. Сдавать город без боя? Но как же расквартированные здесь отряды? И Владыка приказал не препятствовать.

Опасения Нахта подтвердились. Молодой правитель заключил договор с Народами Моря – не просто впустил их в гавани, но и собирался, похоже, заменить ими армию Обеих Земель.

Расколотую армию.

Стало быть, он настолько не был уверен в своей власти. Что ж, значит, царевичу Рамсесу будет не так сложно заменить брата. Но пока главным было победить.