Книга Память мёртвых на Весах Истины, страница 126 – Анна Сешт

Жрица занялась и собакой, но исцелить это чудесное создание привычными способами вряд ли было возможно. Правда, в присутствии Шепсет Хека как-то ожила и даже поднималась на лапы, но к еде не притрагивалась и почти не ходила. На следующий день, когда они немного отдохнули – а рыжеволосый запрещал им покидать дом при свете дня, – Шепсет попросила отвести её до ближайшего некрополя.

— Там граница с Дуатом совсем тонкая, – объяснила девушка. – Хека нужно… немного подышать домом.

— А ведь и правда, отличное решение! – согласился рыжеволосый. – Вот говорил же я, надо было оставаться у нас в Нубте.

С наступлением ночи он действительно отвёл Шепсет и Хека куда-то. Нахт хотел пойти с ними, но жрица сама попросила его остаться и набираться сил.

Вот только стоило остаться одному в темноте, наедине с собой, когда не на что уже было отвлечься, в голову полезли непрошеные мысли.

«Спроси у своей жрицы Инпут. Она ведь слышит голоса мёртвых… и ей ты поверишь».

Во мраке и в тишине память, которую он так тщательно пытался закрыть от себя, распахивалась перед внутренним взором. Воспоминания о тварях Дуата, об отряде мертвецов, с которыми он сражался плечом к плечу… и внутренне всё казалось таким правильным и знакомым, словно они делали это уже тысячу раз.

Обожжённые до неузнаваемости лица… Сухая обгоревшая ладонь, помогавшая подняться, когда он почти пал…

Меджай должен был спросить Шепсет – и не мог. Потому что она только что потеряла очень много.

И потому что сам он боялся услышать ответ.

Шепсет и рыжеволосый вернулись ближе к рассвету. Хека устроилась на циновках жрицы и мирно засопела. Может, и правду говорили, что дома даже родной очаг в помощь. Ну а уж дом был у кого где – у кого-то вот и на непостижимых жутких просторах Той Стороны.

Рыжеволосый отчаянно зевал, но всё-таки достал свиток с картой и разложил перед Нахтом и Шепсет.

— Задерживаться тут мы уже не можем. Нас в любом случае будут искать, а подводить своих друзей я бы не хотел, даже ради столь высоких целей. Итак, мы примерно здесь, – он ткнул в карту.

Нахт даже удивился, как далеко от Хэр-Ди их отнесло течением. Может, и к лучшему – тогда Шепсет точно не видела клубы дыма над её родным храмом…

— Печать чати всё ещё у вас?

— Да, берегу как собственное сердце, – кивнул меджай, коснувшись связки амулетов на шее. На одном из шнуров висела печать.

— Себя-то ты как раз и не бережёшь, – укоризненно вставила Шепсет.

Рыжеволосый прищурился:

— А дары для наследника ещё при тебе?

Нахт похлопал по поясу. Копьё, хопеш Усерхата, кошель с остатками кедетов и утенов и мешочек, где лежал таинственный амулет, оказавшийся в Дуате пламенным мечом, остались при нём. И слава Богам! Щит, правда, пришлось оставить – Нахту ведь пришлось тащить на себе Хека. Меджай успокаивал себя, что тот всё равно изрядно пострадал после боя на пристани. И хорошо, что отделался он только щитом, а не собственной головой.

— Достанем тебе новый, – пробормотал рыжеволосый, словно услышал его мысли. – Итак. Можно попробовать найти осведомителей чати Таа, но думаю, проще мне будет добыть нам проход на ладью до Меннофера.

— Снова щедрые люди поделятся? – усмехнулся Нахт.

— Не-ет. Даже если бы мне пришлось позаимствовать ладью – кормчий из меня так себе. Воспользуюсь тем, что я всё-таки жрец Сета с кое-какими привилегиями, – скромно ответил тот.