Книга Смерть придёт на лёгких крыльях, страница 80 – Анна Сешт

Нахт слишком хорошо знал Усерхата, чтобы не различить за его серьезным тоном мрачную иронию.

— Так и есть. Мы распутываем этот заговор нить за нитью и кого-то уже успели найти и наказать.

— Как Руджека и его отряд? – не выдержал Усерхат. В его спокойном обычно голосе звенел металл. – Как ты это допустил, Хаэмуасет? Ты хорошо знал его. Он был и твоим другом тоже! Как ты мог спокойно слушать, когда ему выдвигались такиеобвинения? Или на это просто… выгодно было закрыть глаза? Как когда Херуэф, твой ближайший союзник, наводил смуту в войске, подрывая доверие к старшему царевичу Рамсесу. И как раз перед тем, как царевич собирал отряды для подавления бунта на рудниках в Куше.

— Хватит! – рявкнул военачальник, и Нахт невольно вздрогнул. – Не тебе меня винить! Не тебе. Это совсем не одно и то же! – и уже тише добавил: – О смерти Руджека я скорблю не меньше твоего.

— Ты ведь понимаешь, что Пасаи подставил его. Командир стражи, упустивший убийц! Не хотел отвечать сам за свой промах и нашел удобную цель. Сколько раньше было между ними стычек. А уж как Сатра за Руджека замуж пошла – так и вовсе!

— Дело ведь не в том, что они не поделили какую-то бабу!

— А также звания, влияние…

— Послушай же ты, наконец! Пасаи ненавидел Руджека, да. Но не убивал его! То, что они оба друг друга на дух не переносили, не видел только слепой. Но в том, что касалось служения Владыке, сходились даже они.

— Тогда почему были выдвинуты обвинения? Почему телохранителей казнили за то, что не исполнили свой долг? Я скорее поверю в то, что собаки летают. И ты, и я знаем, что для них значил долг!

Хаэмуасет шумно выдохнул – словно зашипел разгневанный камышовый кот.

— Их убрали еще во время празднеств. Медленно действующий яд… и колдовство.

Нахт вздрогнул, вспоминая недавний разговор, рассказ Шепсет. Что-то здесь не сходилось…

— Дальше при дворе стали искать виновных, – продолжал военачальник. – Телохранители, оставившие свой пост в ходе празднеств, подходили как нельзя лучше.

— Опорочить имя мертвых, не способных ответить за себя перед живыми, – с презрением процедил Усерхат.

— Сейчас творятся дела и пострашнее.

— Что с их семьями?

Тишина.

— Что с Сатрой… и с остальными? – повторил командир.

— Их… увезли, – тихо ответил Хаэмуасет. – В безопасное место.

Этому не поверил даже Нахт, хоть и желал бы верить. Он не знал людей, которых обсуждали командиры, но от острого чувства несправедливости все внутри переворачивалось. Как же быстро Исфет проникала в сердца!

— Как ты мог это допустить? – с горечью повторил Усерхат. – Как?

— Трагическая случайность, – ядовито повторил собеседник его же слова. – Думаешь, я всесилен? Сейчас всем нам приходится вести свою ладью через бурные пороги. А чья-то разбивается о камни. Остается лишь надеяться, что каждый из нас окажется не просто искусным кормчим, но еще и удачливым.

Усерхат не ответил. Молчание давило – меджай чувствовал это. И чувствовал, что Хаэмуасет сказал еще не все, что собирался.

— Мы ведь уже предлагали тебе, – уже мягче проговорил военачальник. – Тогда выбор стоял остро, но Владыка был еще жив. Сейчас – еще острее…

— Молодой царевич Рамсес займет трон. Как удачно теперь все сложилось, неправда ли? – невесело усмехнулся Усерхат.

— Никто из нас не хотел смерти Владыки, кого бы из наследников мы не поддерживали, – глухо отозвался Хаэмуасет. – А тем более – такойсмерти… Выслушай меня, друг. Ведь именно ради этого ты обращался ко мне – чтобы вместе мы сумели восстановить справедливость. Я прошу тебя о помощи и готов помочь тебе в ответ.