Книга Буря на горизонте, страница 96 – Анна Сешт

— Который мы уже отчасти нарушили, когда завоевали город, – напомнил Нэбвен. – Сейчас действовать нужно так, как требуют законы дипломатии – принять условия.

— Принять?! Я могу заставить их отдать мне Мисру!

— Каким образом?

— Силой, конечно же.

— Напасть на отряд посольства?

— Выдвинуть новые условия. Взять с собой к границам не один отряд.

— Наёмники Императора находятся под нашим командованием, только пока мы соблюдаем его приказ. Они здесь, чтобы помочь защитить Леддну, а не для нового завоевательного похода.

— Но есть мой взвод, – Ренэф поднял взгляд на Нэбвена. – И твой. Меньше сотни воинов – пусть. Но это рэмейские воины. Разумеется, для открытого завоевательного похода сил недостаточно. Но есть и другие пути.

Сердце Нэбвена дрогнуло, столько было в глазах царевича уверенности в его поддержке. «Что же ты скажешь, когда всё узнаешь, Ренэф?..» – с горечью подумал военачальник.

— Я не пойду с тобой в земли Митракиса, господин мой царевич, – тихо, но твёрдо проговорил старший рэмеи, а потом, через паузу, добавил: – И ты тоже не пойдёшь.

— Ты не можешь приказать мне, – юноша оскалился, мгновенно закрываясь от него. – Отец поставил тебя рядом со мной, но не надо мной.

— Я могу воззвать к твоему разуму. Только лишь это я и пытаюсь сделать, Ренэф. Я не враг тебе. Весь этот путь я прошёл рядом с тобой, поддерживая тебя и защищая.

— Так помоги мне теперь! – воскликнул Ренэф. – Если люди здесь воспринимают честь как слабость, если понимают только язык силы – как смеем мы проявить мягкость?

— Силу мы уже показали, мой друг. Теперь мы должны показать разум, – ответил Нэбвен.

Ренэф невидяще посмотрел перед собой.

— Они ждут, когда я оступлюсь, – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. – Все они ждут.

— Этого не будет, господин мой царевич, – с теплом возразил военачальник. – Я помогу тебе.

Юноша чуть улыбнулся и кивнул.

— Итак?..

— Итак. Самой большой ошибкой было бы поддаться на провокацию. Мы не можем напасть на отряд посольства. Мы должны поступить так, как принято поступать в подобных случаях. Расспросим леди Нидаэ, попробуем получить зацепки. Пусть осведомители разберутся в изложенных нам фактах – это уже не наше дело. Но в открытую бросать обвинения об укрывании Мисры мы не можем. Вот уж что точно будет выглядеть престранно, если единственным доказательством будет это письмо.

— Хорошо, – вздохнул Ренэф. – Я доверюсь твоим суждениям и опыту.

Нэбвен не мог предположить, о чём думал юноша, но был уверен, что сердце его не успокоится этим разговором. Пришло время решать. Старший рэмеи понимал, что рискует с таким трудом заработанным доверием царевича. Изначально тот видел в нём только помеху, соглядатая Императора. Теперь они были союзниками и даже друзьями. Терять это достижение военачальник не хотел, но знал, что должен уберечь юношу любой ценой. Про себя он проклинал Мисру и эльфийские интриги, но осознавал щекотливость их собственного положения куда лучше, чем Ренэф в своём чистом восприятии, яростном и наивном.

— Я должен кое-что рассказать тебе, – негромко произнёс Нэбвен и сел в своё кресло, развернув его так, чтобы оказаться напротив царевича.

Юноша поднял на него усталый взгляд.

— Это может подождать? Давай сперва закончим разговор с эльфеей.