Книга Наследники Императора, страница 4 – Анна Сешт

— О Ты, чья могучая поступь заставляет содрогнуться самих Богов, дай мне немного времени – вот все, о чем прошу Тебя… И сохрани моё тело, – прошептал Тремиан по-рэмейски и бессильно опустился на песок. – Моя жизнь – единственное, что я могу принести Тебе в жертву.

Он не знал, был ли услышан, но хотел в это верить.

Тремиан вслепую нащупал ножны и достал кинжал. Другого оружия не уцелело. Надежда была совсем слабой, но он должен был попытаться.

Арель рассёк и без того истрёпанную тунику и, морщась, вырезал на своём теле небольшой знак – эльфийскую руну, переплетённую с рэмейским иероглифом. Ещё несколько таких знаков последовали за первым. Тремиан шипел от боли, но продолжал. Несведущему взору эти знаки не сообщили бы ничего – просто ритуальный узор, наносимый на собственное тело тем, кто отчаялся получить достойное погребение и надеялся, что Боги всё же услышат его. Но Тремиан верил, что хотя бы в таком виде его весть достигнет старого друга. Тот сумеет прочесть знаки, сумеет понять всё правильно…

Когда воины нашли его, он успел закончить своё дело и сидел, прислонившись спиной к скрюченному деревцу. Кровь заливала его одежду, дыхание ослабело.

— Помер, что ли? – услышал он голос одного из солдат.

— Может, и к лучшему… для него.

— Делай, что должен! Не время для слабости.

Тремиан с усилием открыл глаза и посмотрел на окруживших его рогатых воинов со всей величественностью высокорождённого аристократа Данваэннона. Голос его был хриплым и тихим, но звучал твёрдо.

— Вы ведь знаете, что моя смерть повлечет за собой? – спросил он.

— То, что нужно, – с непроницаемым лицом пояснил один из солдат – похоже, глава отряда.

— Ты действительно в это веришь? – усмехнулся Тремиан и покачал головой. – Столько лет… и всё зря…

— Хочешь сказать что-нибудь напоследок?

— Хочу, но не тебе, – вздохнул Арель, устало закрывая глаза. – Мне не просто так отказано в справедливом суде… хотя мне есть что сказать Владыке Секенэфу, да будет он вечно жив, здоров и благополучен.

«Надеюсь, ты получишь мою весть, друг… – подумал Тремиан, собирая остатки сил для последнего рывка. – Прими мою жертву, о Сатех, Владыка Первородного Огня. Ты дал мне время… сохрани моё тело…»

Он не стал подниматься навстречу своей смерти. Прежде, чем воины накинулись на него с мечами, Тремиан Арель, высокорождённый аристократ Данваэннона, вонзил в себя кинжал, обрывая и без того истончившуюся нить своей жизни. Обескураженные солдаты остановились над его телом. Кто-то обронил негромкое ругательство.

— Оставим его здесь? – неуверенно спросил один из воинов.

Командир повёл плечами, глядя, как сумеречные тени понемногу опускались на скалы. Из глубины пустыни уже доносились голоса хищников, выходивших на охоту. Солдаты тревожно зашептались. Им явно было не по себе, как, впрочем, и главе отряда. Тот не мог объяснить смутную тревогу, хотя чувствовал, что она как-то связана со смертью этого эльфа.

— Нет, – резко ответил он. – Мы должны доставить его во дворец. Это единственное доказательство того, что допросить его и доставить на суд не удалось. Так даже лучше. Не придётся увечить тело, доказывая, что он сражался до последнего.

Солдаты одобрительно загудели. Они соорудили нехитрые носилки из пары плащей, водрузили на них мёртвого и двинулись в город.