Книга Наследники Императора, страница 19 – Анна Сешт

Павах опустил взгляд и тихо ответил:

— Я исполню твою волю с радостью, сиятельная госпожа.

— Я не сомневалась в этом, – усмехнулась царица и положила ему на плечо лёгкую ладонь, благоухавшую драгоценными ароматическими маслами.

За такое прикосновение многие с радостью пожертвовали бы жизнью, но воина сковало напряжение.

— Подними взгляд, ты ведь сын знатного рода, – мягко велела Амахисат.

Павах подчинился и посмотрел в её удивительные глаза, холодные, как сталь меча, глубокие, как Великая Река. Он боялся её и восхищался ею одновременно. Эта женщина была воплощением божественности. Ближе, чем она, к Силам, направлявшим течение жизней в Таур-Дуат, стоял разве что сам Владыка. Она выбрала его, и он верил в их общее дело, так почему же сомневался сейчас?..

— Ты нужен мне, мой верный воин. Знаю, я требовала от тебя того, что казалось немыслимым, и ещё потребую впредь. Но вместе мы послужим процветанию нашей возлюбленной земли – хотя бы в этом не сомневайся! – Её улыбка была почти ободряющей. – Вернись из пустыни. Не смей пропасть там. Я буду ждать тебя.

Он не нашёл, что ответить, – только кивнул, не отводя взгляда. Амахисат осенила его благословляющим жестом и позволила поцеловать её руку в знак величайшей милости, а потом удалилась.

Некоторое время Павах сидел, собираясь с мыслями и с силами. Одиночество давило на него. Не в силах оставаться наедине с собой, воин, прихрамывая, вышел в сад. Двигаться было тяжело, но это не имело значения. Он задыхался, хотя свежего воздуха было в избытке, а сейчас, в вечернюю пору, на город нисходила благодатная прохлада. Павах думал о царевиче. Если его тело осквернено, наследнику будет сложнее найти дорогу к Водам Перерождения… или не найти вовсе. Вот на что обрекло его это нападение. И сейчас воин всем сердцем надеялся узнать, что стало с телом – не только потому, что в противном случае гнев Владыки Секенэфа будет сокрушающим, но и потому, что действительно не желал Хэферу такой ужасной судьбы.

— Какая удача встретить тебя, – раздался в тишине сада негромкий женский голос.

Инстинкт прирождённого воина подвёл его – он не почувствовал ничьего приближения. Или сама ночь сохранила приход гостьи в тайне? От звука этого голоса на душе отчего-то стало легче, а боль из угнетающей обратилась в сладкую и томительную.

Они дружили с детства… но он так и не смог перестать мечтать о большем.

— Анирет, – воин улыбнулся. – Чем я могу быть полезен тебе?

Анирет в полной мере унаследовала красоту своей матери, вплетавшуюся в фамильные черты династии Эмхет. Но если Амахисат была сталью, то Анирет – ласковым солнечным золотом. Паваху всегда казалось, что это золото проливалось из её глаз, теплом подсвечивало весь её облик изнутри.

Конечно, сейчас царевна не сияла, преисполненная печали. И всё же видеть её Паваху было отрадно – сегодня и каждый раз, когда она навещала его в эти долгие дни выздоровления. Гибель Хэфера она переживала очень тяжело – они с братом были так близки. Павах не хотел думать о том, как больно ей было сейчас.

— Я как раз шла проведать тебя.

— Мне уже намного лучше, Анирет, – мягко заверил девушку Павах, когда они по-дружески обнялись.

— Рада слышать. Хотя бы ты остался жив, мой друг… последний свидетель страшного дня… Не думай, я не требую от тебя доклада, просто… – она с болью посмотрела на воина. – Просто мне очень тяжело без него, и я до сих пор не верю, что он больше никогда не вернётся. Каждый раз мне кажется, будто я что-то упускаю в твоих словах. Что-то, что могло бы помочь ему.