Книга Точка Бифуркации #15, страница 115 – Дейлор Смит

К этому моменту со вторыми блюдами мы уже расправились и дело медленно близилось к чаепитию. Тем временем, как и обещал генерал Суровикин, Романовы подняли разговор о Хранителях.

— Это всегда было довольно закрытое сообщество, Алексей. А после того, как орден распался, по крайней мере так принято было считать, о нём и вовсе все постепенно забыли. Сегодня перед лицом новой угрозы Хранители восстают из пепла. И я не скажу, что против такого возвращения, — задумчиво заключил император.

— Как понимаешь, рассказывается тебе это не просто так, — продолжил цесаревич, привлекая к себе мой взгляд. — Уже завтра в Москву прибывает несколько представителей этой организации, и они хотят с тобой увидеться.

— Понятно, — задумчиво кивнул я, переглянувшись с императором. — Не вижу в этом проблемы. Надо, значит встретимся.

— И тебе даже не интересно что им от тебя нужно? — удивился цесаревич.

— Интересно, конечно. Только я не уверен, что вам они об этом сообщили.

— Тут и сообщать не о чем, — коротко улыбнулся Глеб. — Всем всё и так понятно. Тебе будут предлагать членство в Ордене.

— Эммм… — отмечая, что оба Романовых уставились на меня с ожиданием, я немного смутился. — Ну пусть предложат — я подумаю. Цель у них вроде как благая — пока не вижу никаких препятствий.

— А они есть, — похмурнев, после короткой паузы ответил цесаревич.

На этих словах я молча уставился на принца, безмолвно предлагая тому закончить свою мысль.

— Загвоздка здесь в том, Алексей, что каждый вступающий в орден человек даёт присягу. И для нас огромная проблема в том, что присягающий ордену разумный, можно сказать, становится гражданином мира — то есть перестаёт быть связанным с империей и троном. В таком случае мы будем вынуждены идти по пути лишения такого человека прав на гражданство и земли. Даже если этот человек дворянин высокого происхождения.

— То есть, вся загвоздка в присяге и только?

— Верно, — кивнул цесаревич.

Император молча наблюдал за нашей беседой и, не сводя глаз, изучал мою реакцию. А я что? Я недоумевал: как так может быть, чтобы, к примеру, я дал две присяги? Клятвопреступнику в нашем мире живётся очень тяжело и обычно недолго — хотя бы потому, что так можно лишиться собственных сил. Мне лично, оно точно не нужно. Собственно, это я и решил озвучить.

— Не понимаю, как такое может быть, в случае если одарённый уже присягнул нашей империи и трону? Кто вообще в трезвом уме пойдёт на нарушения клятв?

— Орден Хранителей — древняя организация. У них есть свои, скажем так, фокусы. Нам доподлинно известно, что отказавшиеся от старой присяги одарённые, вступая в орден, не теряют в силе. По-видимому, существует какой-то обряд отречения. Точнее не скажу, ибо сам не ведаю, — довольно откровенно признался Романов-старший.

— Вот как… — задумался я. Информация, скажем так, обескураживала. — И что, в связи со всем этим, требуется от меня?

— Мы не против сотрудничать с Хранителями, — ответил император. — И даже не против иметь своего человека среди членов этого ордена. Но именно что своего. Отречение от присяги приведёт к озвученным ранее последствиям. Решение, конечно же, будет за тобой.

— Встреча пройдёт уже завтра вечером, в одном из залов дворца, — добавил вслед за отцом цесаревич.

Романовы, что называется, пошли ва-банк. Слово было сказано, предупреждение сделано и выбор теперь действительно оставался за мной. Пойду на нарушение клятвы и стану их врагом. Что на мой взгляд, к слову, вполне справедливо.