Книга Точка Бифуркации #13, страница 90 – Дейлор Смит

Спуск со скалы дался легко. За два года я запомнил каждый камень, каждый уступ, и в темноте мог бы пройти тут с закрытыми глазами. Под ногами хрустел гравий, ветер трепал волосы, а в груди странным образом разливалась смесь тревоги и предвкушения. Чего-то нового.

К берегу я добрался быстро. Разделся на ходу — время терять было нельзя, нужно быстрее оказаться в воде. Сдёрнул рубашку, штаны, обувь, даже меч, бросив всё в песок. Вода приняла меня без сопротивления. Тёплая, как в знойный летний день. Ласковая. Обволакивающая.

Тут-то я и почувствовал приближение Самаэля. Его присутствие, как всегда, ощущалось физически: что-то щемило в груди, будто гроза надвигается, а по спине пробегали мурашки. Обернулся.

Демон стоял у самой кромки. Громадный тёмный силуэт. Его взгляд вонзался мне в спину, но в воду Самаэль не входил.

— Быстро же ты ожил, симулянт мерзопакостный! — бросил я в его сторону, не останавливая движение.

— Ты чего удумал, задохлик? — ответил он, прищурившись.

— Ухожу в закат. То есть, уплываю. Извини, решил не прощаться. Ты, кстати, как, со мной не желаешь? — уже по шею находясь в воде, ответил я, отрываясь ногами от песчаного дна и наслаждаясь плаванием.

— Ты если наконец сдохнуть решил, так идём сюда — я тебе всё это куда быстрее и удобней организую, — хохотнул демон, усаживаясь задницей на песок.

— Нет уж. Я тебе, рогатое чучело, такого удовольствия предоставлять не намерен, — обернувшись и оглядев демона, отозвался я.

На этих словах я повернулся к нему спиной и поплыл, оставляя позади камни, пляж и мрачную фигуру беса-переростка, от которой нескончаемым потоком лились остроты и весёлые пожелания. Они, как обычно, были про мой зад, про мои жалкие амбиции, про сестру и про других близких людей. Сначала громко, затем тише. А потом и совсем затихли.

Я плыл. Неспешно. Долго. Без цели. Без карты. Без особой надежды. Просто потому, что иначе больше не мог. Когда уставал — переворачивался на спину и продолжал движение, периодически корректируя направление. О результате и точке назначения не думал — мне просто дико надоел этот бесконечный день сурка, в котором я провёл последние два с лишним года, и я предпринял очередную попытку что-то изменить.

Вокруг — бесконечная гладь воды. Ни крика чаек, ни шелеста волн — только я и этот безмолвный океан, такой тёплый и такой чужой. И, впервые за долгое время, мне стало казаться, что я не в ловушке. Что впереди, за горизонтом, может быть что-то иное. Пусть даже смерть. Лишь бы не пустота и не бесконечное «завтра, как вчера»…

Повисшая почти на десяток минут в кабинете тишина вновь была нарушена голосом цесаревича:

— Как и обещал, — поглядев на свои часы, начал Романов, — ещё десять минут, и буду вынужден удалиться. Дела.

Максим со Степаном безмолвно переглянулись и, бегло оглядев по-прежнему безэмоционального Святогора, уставились на Викторию. Девушка в свою очередь мгновенно напряглась. На её лице отразилось разочарование, смешанное с плохо сдерживаемым раздражением. Её руки, до этого сложенные на коленях, сжались в замок.

— Разве могут быть более важные дела, чем помощь моему брату сейчас? — плохо маскируя недовольство, твёрдым голосом произнесла княжна Черногвардейцева. — Я искренне питала надежду, что после всего, что Алексей Михайлович сделал для блага империи, его проблема более чем достойна вашего внимания.