Книга Точка Бифуркации #10, страница 63 – Дейлор Смит

Настроение было такое, что хотелось даже силой забрать свою работу, а затем тыкнуть в лицо этой бессовестной женщине все её дорисовки. Но в голове было чёткое осознание того, что открытый конфликт в такой ситуации только её усугубит, причём не в мою пользу. Да и зачем оно мне надо, если мои демоны могут легко вытащить любую работу без особых усилий? К слову, вместе со всем этим стало любопытно, для чего де Лавальер рисовала все эти исправления на моей работе, если в итоге отказалась что-либо мне демонстрировать?

Вернувшись в коридор, я увидел, что Виктория и Анастасия ждут меня с тревогой на лицах.

— Ну как, что-то получилось? — с надеждой спросила Воронцова.

— Судя по его лицу, нет, — ответила за меня сестра.

— Не время грустить, — пожав плечами, ответил я и, попытавшись улыбнуться, добавил: — Пойдёмте обедать. Еда, она настроение поднимает.

В этот момент из кабинета почти вслед за мной вышла Алиса. Княжна выглядела немного смущённой.

— Ещё раз привет, Лёша. Прости, что стала невольным свидетелем этой сцены, — негромко произнесла Белорецкая.

— Не стоит, Алиса. — кивнул я. — Ты видела меня и в худших ситуациях.

Девушка слегка улыбнулась и опустила взгляд.

— Если у тебя проблемы с математикой, я могла бы помочь, — предложила она следом.

Я на мгновение нахмурился, но затем ответил:

— Спасибо за предложение, но с математикой у меня всё в порядке. Проблемы… с преподавателем.

— Эм… ну ладно. Если что — обращайся.

— Обязательно, — кивнул я и следом спешно завершил разговор. — Рад был увидеться, но мы торопимся. До встречи.

Мы обменялись неловкими улыбками, и Алиса вернулась в кабинет.

* * *

Коридор университета, наполненный мягким светом дневных ламп, был словно пропитан атмосферой вековой мудрости и академической строгости. Тихий гул отдалённых разговоров плыл по сводчатым потолкам, а по стенам, увешанным строгими портретами выдающихся учёных прошлого, скользили тени проходящих студентов. Каждый шаг здесь отзывался лёгким эхом, напоминая о преемственности поколений и незыблемости знаний.

Графиня Анна Викторовна де Лавальер неспешно шагала по ковровой дорожке, расстеленной по мраморному полу. Дойдя до массивной дубовой двери, Анна Викторовна упёрлась взглядом в серую табличку.

Ректор

Василий Андреевич Набоков

Чёрные глянцевые буквы отразили свет ламп, словно подчёркивая важность надписи. Графиня скользнула по табличке коротким взглядом, а затем вежливо постучала. Услышав приглашающий голос, она открыла дверь и шагнула внутрь. В приёмной её встретила молодая девушка-секретарь, сидевшая за аккуратным столом, уставленным стопками бумаг и канцелярскими принадлежностями. Девушка подняла голову и, узнав посетительницу, приветливо улыбнулась.

— Анна Викторовна, добрый день! Василий Андреевич вас ждёт, можете проходить, — сказала она мягким голосом.

Графиня коротко кивнула в знак благодарности и направилась к следующей двери. Пройдя через неё, она оказалась в просторном кабинете ректора. Комната встретила спокойствием: мягкий свет ламп освещал стены, обтянутые тёмной тканью, а за высокими окнами виднелся заснеженный двор университета. За массивным столом из тёмного дерева, заваленным бумагами и книгами, сидел Василий Андреевич Набоков — пожилой мужчина с мудрыми, слегка уставшими глазами и сединой, благородно оттеняющей его тёмные волосы.