Книга Точка Бифуркации #8, страница 98 – Дейлор Смит

Лежать в присутствии командующего Карпову, очевидно, было некомфортно, поэтому, заняв сидячее положение и на секунду задумавшись, молодой парень согласно кивнул и принялся вести доклад.

— А что касается послания, то всё просто, — подойдя к концу рассказа, хмуро бросил Михаил и, заглянув в глаза сидевшему напротив генералу, произнёс: — Он сказал передать, что, цитирую: «Советую прекратить все отношения с Пожарскими. Иначе ваша ЧВК будет уничтожена».

— Хм… вот как, — коротко улыбнулся Зимин на услышанное и, отметив обеспокоенный взгляд парня, спокойным голосом промолвил: — Знал бы ты, сынок, сколько раз за время существования нашей организации я слышал подобные угрозы… Впрочем, на этот раз действительно придётся отступить — император приказал нам оставить эти разборки, так мы и поступим.

В помещении на десяток секунд повисла тишина, во время которой военные просто молча буравили пустоту. Но затем лицо Карпова внезапно приняло осмысленный вид, а его взгляд сфокусировался на собеседнике.

— Разрешите вопрос, Олег Валерьевич?

— Разрешаю, — следом же вернулся в реальность и генерал.

— А полковник Дягилев и майор Шестаков, они разве не передали Вам всё вышесказанное?

— Не успели, — качнул головой Зимин и тут же добавил, понимая, что тайну из этого делать смысла никакого нет. — Они внезапно пропали.

— Понятно. Тогда искать их уже бесполезно, — сухо заключил парень, до этой минуты только догадывающийся о произошедшем.

* * *

— Как тебе первые дни в университете? — после приветствия первым начал разговор Евгений Константинович.

— Скучать не приходится, дядя Женя, — постарался улыбнуться я.

— Вот, а поступил бы в наш Тюменский университет — и жил бы себе сейчас очень спокойно, — Белорецкий, в отличие от меня, сейчас улыбался более чем охотно и даже пытался немного пошутить.

— Не думаю. Такие люди, как князь Пожарский, судя по тому, что я вижу, ни во что не ставят ни Вас, ни императора, — коротко вздохнул я и, наблюдая реакцию собеседника, непринуждённо добавил: — Всё то же самое происходило бы здесь, в Тюмени.

Князь, едва я закончил фразу, вмиг посерьёзнел и оглядел меня уже совсем другим взглядом.

— Это я сейчас немного не понял, Алексей. Что хочешь сказать?

— Всего лишь уточнить, — спокойно выдерживая взгляд оппонента, я продолжил: — Не так давно на вашей земле был уничтожен мой завод. Пострадали люди. Будет какая-то реакция у Тюмени или посмевшим атаковать эту землю врагам всё сойдёт с рук?

Белорецкий был явно недоволен форматом и тоном нашей беседы. И пусть его лицо снаружи и отражало абсолютное отсутствие эмоций, но я за время нашего знакомства уже успел узнать, что на самом деле творится за этой маской. Пылающее внутри холодное пламя отражалось в его глазах, и скрыть это было невозможно.

— С рук, положим, им УЖЕ ничего не сошло, пусть и благодаря исключительно твоим усилиям. Дипломатические и экономические отношения с Пожарскими мы тоже прекратили. Тебе оказываем полную поддержку. Этого, по-твоему, мало? Или хочешь поговорить о нашем прямом вмешательстве в вашу войну? — на этих словах князь выдержал короткую паузу и, не услышав от меня ответа, так же подчёркнуто спокойно и сухо продолжил: — Так я тебе сразу скажу: как бы это цинично ни звучало, но уничтоженного завода, принадлежащего чужому роду, для этого точно недостаточно. Помимо этого, Алексей, тебе стоит немного встряхнуть головой и вспомнить, что у меня, в отличие от тебя, зона ответственности — не в десяток людей. Повод для войны должен быть более серьёзным, и Пожарские нам его точно не дадут. Впрочем, если для тебя это так важно, иск мы им уже почти подготовили.