Книга Белый маг, страница 46 – Дейлор Смит, Николай Иванников

Едва я произнес свое заклинание, как полоска «тайной тропы» с едва слышным шуршанием устремилась вперед, напоминая знаменитую нить Ариадны, с помощью которой известный герой Древней Греции выбирался из лабиринта Минотавра. Тропа на сей раз получилась достаточно широкой, на ней запросто могли разместиться три человека плечом к плечу.

В очередной раз за последние несколько минут я помог Насте подняться на ноги и сразу же двинулся вперед по «тайной тропе». И немедленно услышал себе в спину:

— Ты куда? Я не могу идти так быстро!

Остановившись, я обернулся. Растолковал доходчиво:

— На «тайной тропе» нельзя долго задерживаться на одном месте. Когда откроется выход, нам нужно будет как можно быстрее добраться до него. Иначе есть риск остаться тут на веки вечные.

— Что значит «на веки вечные»? — Настя недоуменно вытаращила на меня свои светло-голубые глаза. Веснушки у нее на носу потемнели.

— Это значит: навсегда, — терпеливо пояснил я.

Видя, что она продолжает в сомнении топтаться на месте, взял ее за запястье и потянул за собой вперед по тропе.

— Чего хватаешься? — бормотала она, мелко семеня следом в своих туфлях с серебряными бантиками. — Больно же… Да отпусти ты, медведь неповоротливый! И чего Катька в тебе только нашла!

Руки ее я не отпустил, и отвечать не стал, но уста мои невольно тронула довольная улыбка. Выходит, моя Като во мне что-то нашла! Во мне, медведе неповоротливом! Да и никакой я не медведь, между прочим.

Настя то и дело наступала себе на подол юбок и едва не падала, так что мне пришлось в итоге остановиться и отпустить ее руку.

— Нам нужно идти быстро, понимаешь? Впрочем, ты можешь оставаться, а я пойду один.

Я развернулся и вновь направился по тропе вперед.

— Эй! — крикнула Настя мне в спину. — Ты куда? А как же я⁈ Да погоди же ты!

Я больше не оборачивался, но слышал, как подошвы ее туфелек звонко шлепают по тропе. Ее светящаяся поверхность по ощущениям походила на низко скошенную травку, вот только травка эта не распадалась на отдельные травинки, а была единой шевелящейся массой, может быть даже живой, если жизнь способна принимать такие умопомрачительные формы.

Наконец Настя меня догнала и зашагала рядом, обеими руками вцепившись в юбки и чуть приподняв их.

— Сумароков, тебе может никто об этом не говорил, но ты очень мрачный человек, — заявила она немного погодя. — Где ты появляешься, там постоянно происходит что-то нехорошее… Слушай, а может быть ты обычный бедоносец⁈ Тогда очень советую тебе сходить в церковь, пусть тебя там святой водицей обрызгают, да молитвы прочтут…

Она явно провоцировал меня на ответную реакцию. Но я не поддавался на такие уловки, не до того мне было. Я просто шел вперед по разворачивающейся под моими ногами тропе.

— А чего это мы молчим⁈ — воскликнула Настя немного погодя, когда поняла, что вступать с ней в пререкания я не собираюсь. — Ты ничего не хочешь мне объяснить?

— Нет, — сказал я, чтобы снять вопрос.

Но мою спутницу такой ответ не устроил.

— Я не понимаю, зачем мы уходим от входа, — заявила она. — Там же Катька осталась. И все остальные. И еще там время остановилось! Я уже отсюда заметила, что они все там замерли, как в стоп-кадре. Почему ты не вернулся к ним?

— Туда нельзя было возвращаться, — терпеливо отозвался я. — Я больше не мог сдерживать время, я бы не успел ничего сделать. В следующий миг Катерине в голову попала бы пуля.