Онлайн книга «Моя императрица»
|
— Вам не следует ничего опасаться, Катерина Алексеевна! — оборвала ее императрица. — Опасаться в данной ситуации следует мне, а я, как видите, совершенно спокойна! Катерина сделала крошечный книксен и ничего не ответила. — Виват! — сказал Орлов, чтобы не допустить затягивания молчания. И осушил свой бокал. Все остальные тоже подняли бокалы. — Виват императрица! — Виват, виват! Еще нынче утром Катерина была простой девицей без роду без племени, которую я из жалости оставил на погост в своем доме. Час назад она стала фрейлиной императрицы. А сейчас взлетела на такую недосягаемую высоту, что у любого дух могло захватить. Президент новой коллегии! Личный медик императрицы! Это не просто взлет, господа, это самая вершина желаемого. Выше нее разве что сам императорский престол… Это я несколько преувеличил, конечно, но лишь самую малость. Я к своему бокалу едва приложился, но не потому, что не желал поздравить Катерину с высоким назначением, а просто не хотел сейчас пьянеть. Хоть и получил я тумаков и колотушек изрядно — от матушки, да от Гришки Орлова, — но голова у меня соображала, и я хотел обдумать, как же мне поступить дальше. Матушка моя была права: присутствие высоких гостей в имении долго скрывать не получится. Мы не сможем запереть императрицу в доме навечно, и вести о ней очень быстро разнесутся по округе. Наверняка это процесс уже начался, и идет прямо сейчас, вот только молва пока не успела уйти дальше изгороди. Но уже завтра она доберется до ближайшей деревни. А дальше — больше. И пойдет-поедет! Не-ет, определенно пора подыскивать для государыни новое укрытие. Тихое и крайне надежное, где она без помех сможет выносить наследника и в положенный срок произвести его на свет божий. Велика земля русская, и без всяких сомнений такое место где-то имеется. Нужно только его найти… Мои размышления прервал голос матушки, обращающейся к Катерине: — А что, Катерина Алексеевна, голубушка, коль уж вы теперь в полном праве врачевания состоите, то может покажите нам свое мастерство? Катерина даже головой затрясла, настолько непонятной показалась ей эта просьба. И я поторопился встать на ее сторону. — Матушка, ваша просьба звучит несколько странно! Катерина Алексеевна не какой-нибудь шут ярмарочный, чтобы исполнять по заказу хитрые номера. И врачевание — это вам не представление домашнего театра, где заказать можно любую пьесу. — Я это прекрасно понимаю, Алексей Федорович, — с улыбкой ответила мне матушка. — А прошу Катерину Алексеевну об услуге только потому, что обратиться мне более не к кому… В деревне моей Ольшанке, что здесь совсем неподалеку, нынче баба молодая рожать удумала. В первый раз, до того других родов не было. Аленка, Савелия-кузнеца жена. Дочка Тимофея хромого. Помнишь Тимофея хромого, Алешка? Я помнил. — И живот-то вроде у нее не особо большой — у меня с Санечкой в два раза больше был, а уж когда Алешку носила, то вообще молчу, — продолжала матушка. — Но уже третий день она разродиться не может. Сначала орала, как порось недорезанный, а теперь уже и орать перестала. Силы совсем покинули ее. Бабка повивальная говорит, ребеночек там как-то неудобно встал, Аленка никак выдавить его из себя не может. Лекарь из уезда приезжал, пудрой с парика натряс на Аленку, кровь ей пустил и уехал. Ничего, говорит, сделать не может. Либо родит, говорит, либо помрет. Так это мы и без него знали! |