Книга Вепрь, страница 106 – Николай Иванников

Они попрощались, Вепрь подождал, пока Олег войдет в подъезд, и похлопал таксиста по плечу:

— Отель «Хэль-Хаус» знаешь?

Тот прищурился:

— Интуристовская гостиница? Новое здание за церковью?

— Именно. Вези туда, и мы с тобой распрощаемся.

Около отеля Вепрь сунул таксисту пятьсот баксов, озабоченно посмотрел на свою щетину в зеркало заднего вида и, покачав головой, вышел из машины.

Гостинице «Хэль-Хаус» еще не исполнилось и полутора лет, однако это был уже один из самых престижных отелей в Городе. Случайному проезжему трудно было бы найти себе в нем приют. Основную массу клиентов составляли иностранцы, причем не просто туристы, а те, кто надолго обосновался в Городе, в основном коммерсанты различных мастей. Хотя жили здесь и довольно известные учёные, и даже один писатель с именем.

Хозяина отеля звали Эдик Нечаев. Это был долговязый детина со светло-русыми вьющимися волосами, голубые глаза его смотрели на мир с детской наивностью. Курил он сигареты с ментолом, задумчиво наблюдая, как тлеет бумага, и балуясь со струйкой дыма. Несмотря на всё это, а также на молодость хозяина (ему не было ещё и двадцати четырех), отель был многим обязан именно ему. А он в свою очередь — Вепрю, но ни тот ни другой никогда об этом не вспоминали, потому что Эдик был братом Оли Нечаевой.

Он сидел за столом спиной к двери, в ушах у него торчали наушники.

Войдя в кабинет, Вепрь подошел к столу и аккуратно снял с Эдика наушники.

— Привет дельцам теневой экономики!

Эдик вздрогнул и развернулся вместе с креслом на сто восемьдесят градусов. Выражение ужаса сошло с его лица, но не так быстро, как хотелось.

— Фу, бл-лин! Это ты, Серёга!

— Конечно, я. А ты решил, что тобой наконец-то заинтересовалась ФСБ?

Эдик нахмурился:

— Дурацкая у тебя шутка получилась, Серега.

— Ты ещё не поздоровался со мной, — напомнил Вепрь.

— И не подумаю. Ты меня напугал.

Что Вепрю нравилось в Эдике, так это то, что тот не стеснялся признаться в таких вещах. Он был выше условностей.

— Ты где столько времени пропадал? — спросил он раздраженно. — В Городе слухи поползли, что тебя убили. Никто, конечно, в это не поверил, все до сих пор считают тебя кем-то вроде Кащея Бессмертного, но мы-то с Ольгой прекрасно знаем, как на самом деле обстоят дела…

— Хорошо, я зайду к ней, успокою.

— Успокою… А меня кто успокоит?

Вепрь хмыкнул и потрепал его по волосам.

— У тебя появились проблемы, малыш?

— У меня всю жизнь проблемы, — вздохнул Эдик. — Как только появился слух, что тебя прихлопнули, моментально полезли всякие личности с предложениями об охране и непрозрачно намекнули, что вскоре она мне понадобится. Ты же знаешь, что сейчас уже нет рэкета, есть охранные службы, которые числятся в штате и получают огромную зарплату… Их уже не прельщает возможность быть схваченными за руку во время передачи денег.

— Ага. А платить ты, значит, не намерен?

— Конечно, нет. Раз ты живой, кого мне бояться?

Вепрь снова хмыкнул:

— В таком случае как там обстоят дела с моим номером? Ты еще никого не успел туда вселить?

— Увы, — Эдик развел руками. — Я же сказал, что тебя в Городе считают мертвым. А зачем покойнику номер в отеле? Я держал его до последней минуты и сдал сегодня утром хорошему знакомому.

— Кому именно, если не секрет?

— Ты его прекрасно знаешь. Антон Малышев. Малыш.