Онлайн книга «Молот Солнца: Камень Нируби»
|
— Пожалуй, я с тобой соглашусь, — сказал Ластер. — Не все так однозначно, конечно, но я соглашусь… Однако у меня остался вопрос: где находится этот «твой мир»? Дикарь долго смотрел на него, дожевывая остатки яблока, а потом медленно покачал головой. — Вы все здесь скорее охотники, чем воины. И в этом сила вашего мира, но и его слабость… И я не знаю, где сейчас находится мой собственный мир, но скоро я смогу показать вам его маленькую часть… — Правда? — обрадовалась Сита. — Мы увидим твой мир⁈ — Увидите… Но вряд ли он вам понравится… Конечно же, Дикарь имел в виду городок Гатла-на-Вете, к которому они постепенно приближались. В тот день, когда случилась та страшная гроза, и весь мир раскололся, Крас Пиин по прозвищу Дикарь проходил с торговым караваном в нескольких милях от Гатлы. После этой необычной грозы целый город с частью местности вокруг себя вдруг оторвался от своего привычного окружения и ворвался в чуждый ему мир, наполненный кровожадными ящерами и массой других не менее жутких существ, желающих только одного: сожрать каждого, кто встретится им на пути. Но Дикарь в тот момент не видел стен города, и для него все произошедшее было сродни крупному землетрясению, когда вокруг все ревет, гремит и скачет. Небо поменялось местами с землей, а потом обратно, молнии метались сверху и снизу, и везде сразу, а Дикаря мощным ударом сбросило с лошади и закинуло в траву… Когда все закончилось, и сознание, утраченное после удара головой о землю, постепенно вернулось, Дикарь с трудом поднялся на ноги и оценил обстановку. В тот момент он еще не понял, что именно произошло, и потому вид останков каравана, который он со своим отрядом охранял, вызвал у него настоящее потрясение. Чтобы объяснить те чувства, которые он в эту минуту испытывал, следует сказать, что это действительно были лишь останки. Жалкие изуродованные клочки того, что когда-то гордо именовалось «большим северным караваном». Создавалось впечатление, что с небес упал колоссальных размеров невидимый топор и отсек от каравана его головную часть. Большая доля его куда-то бесследно исчезла, а от малой же осталось лишь пара разрезанных повдоль фургонов с остатками находящихся внутри сапиенсов, таким же образом расчлененных. Немного в стороне билась в предсмертных конвульсиях лошадь, у которой тем самым невидимым топором отрезало круп. Краснела истекающая кровью плоть, белел гладкий спил костей, а завалившаяся на бок лошадь пыталась тянуть вперед свое тело, все еще не в состоянии осознать, что задних ног у нее уже нет… Да и с самой местностью тоже что-то случилось. Если перед грозой они двигались по самой обычной равнине, плоской и незамысловатой, то теперь прямо перед глазами из-под ног вылез огромный земляной пласт. Он возвышался на высоту человеческого роста, и срез его был идеально ровным, гладким, как стекло, и на нем четко были видны слои: вот самый верхний — дерн, весь испещрен прожилками тонких корешков; под ним толстый светло-коричневый плодородный слой почвы; еще ниже — тонкая прожилка желтого песка, под которым начиналась рыжая полоса глины… А шагах в сорока впереди наблюдалась противоположная картина: здесь выперший наружу земляной пласт сравнивался с поверхностью и превращался в обрыв, такой же идеально гладкий и ровный. Воздух над этим пластом едва заметно дрожал, искрился и истекал переливающимися каплями. Насколько далеко простирался этот странный срез, Дикарь не знал, да и выяснять это не собирался. |