Книга В круге времен, страница 4 – Андрей Северский

В воспоминаниях у него подрывы ядерных фугасов под храмами Дагнерии, геноцид обезьян на Юноне, «кража» игроков из Гильдии. Я тоже не пытался утаивать ничего из своих деяний — трибунал мне не грозит.

— Добрые долго не живут, а те, кто живёт, своим исключением лишь подтверждают правило. Итак, предлагаешь слегка «заабузить» Систему, покачавшись на «слепках»? Моя совесть не видит здесь никакого злоупотребления, просто очистка Школы от нелояльных элементов, что могут ударить в спину. Тогда я пошёл на охоту за уникальными картами, не требующими наполнения, что выпадают из клякс. Заодно потренируюсь ходить путём во тьме. А вот это — тебе, — подаёт сумку контрабандиста, забитую частично насыщенными «мусорными» картами.

— Как закончишь с картами, вживление Сердца Младшего Титана и создание Великого сосуда вечности. Вживлять кусочек Сердца Младшего Бога при наличии у тебя целого от Тореза, думаю, нецелесообразно. И потом выберешь, что из колец-накопителей энергии тебе пригодятся, — выкладывает Сердце Титана и кучку колец на столик.

Приступаю к очерноручиванию, дубликат в глубине души всё-таки надеялся встретиться со мной, притащил весь запас заготовленных карт. Работаю, словно раб на галерах, ладно, хоть ОС в мою кассу. Девяностый игровой уровень, очков характеристик хватило дойти до семидесяти пяти в основных характеристиках, ста одного в интеллекте и пятидесяти в инстинкте — заполучил кучу «ватрушек» от Системы.

Довёл Хребет Арахноида до бэ-ранга: сто тысяч единиц божественной маны, да в сочетании со Всёразрезающим Римфессо — там, где действуют системные умения, готов померяться силушкой с «хозяевами мира» — демонами.

А уж при помощи клона с его бандой, и подавно. Пока я черноручил карты, он начал пытать меня, где я, что и как?

— Так ты на Кроме? — удивился он, когда озвучил ему своё местонахождение. — Можно увидеть? — провели взаимное извлечение воспоминаний и с ним.

Интересный опыт. Он даже более рациональный, чем я. Нужно что-то для достижения результата: вижу цель, не вижу препятствий. Например, требуется вбить людям в голову заповедь «не укради», подвернулся случай.

Директрисса государственной столовой в сговоре с несколькими поварами уменьшали порции, сбывая сэкономленные продукты в частное кафе, рассчитывая, что их никто никогда не будет проверять, а по отчётности у них всё в порядке. Но клон, зная о такой «привычке», выборочно проверял заведения общепита дознавателями с истинностью слов, хватило уличить во лжи директриссу, чтобы вывести на свет всю кодлу. Приговор суда, в назидание всем остальным, был крайне суров — смертная казнь.

Супруги — владельцы кафе отделались испугом: каждому по замечанию и возмещение в казну пятикратного размера суммы купленных у директриссы ворованных продуктов. Политика наказания в сфере экономических преступлений нацелена не на страдания в заключении, а на полное возмещение нанесённого ущерба с наложением дополнительных расходов, что с учётом стопроцентной раскрываемости делает воровство-присвоение абсолютно невыгодным, тем самым практически искореняя явление.

Событие широко осветили на радио, предложив всем, кто «по глупости» что-то своровал, добровольно возместить украденное без штрафа с получением замечания в личное дело и возможную отставку с должности. Многие послушались, понимая, что когда-нибудь проверка затронет и их. Ну а посчитавших себя умнее государства, обладающего карательным аппаратом с «волшебно-магическими» возможностями, ни капли не жалко.