Книга Часовой: Владыка Севера, страница 92 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Перумов решил уходить крышей? Иначе какого дьявола он бы полез наверх? Прикинул, что по земле, через наполненную охраной и гвардейцами дворцовую территорию не уйти? Или что-то ещё?..

Как бы там ни было, я не собирался дать ему осуществить задуманное. Ступив за окно, я сразу же промок как мышь. Но ледяной дождь и завывающий, как сотня банши, ветер не остановят меня. Я засунул кинжал за пояс, меч в ножны и, ухватившись за мраморную лепнину, начал подниматься на верх, вслед за убегающим от меня оборотнем.

Глава двадцать третья.

Столица подверглась настоящему испытанию распоясавшейся неумолимой стихии. Невиданная по силе и размаху гроза накрыла огромный многолюдный город как карающая длань разгневанного бога. Целые реки холодной воды плотными упругими струями хлестали крыши домов, башни и высотные здания. Заливали замощенные камнем широкие мостовые и затапливали ревущими потоками скромные окраинные улочки.

Чудовищные удары грома, будто набатом, громыхали в чёрном ночном небе. Ослепительные белые, синие и голубые разлапистые ветви колоссальных молний рвали небосвод, подсвечивая затянувшие всё вокруг тучи и превращая их в подобие новогодних разноцветных фонариков.

Обычно оживлённая даже в ночное время Столица будто вымерла. Все, у кого была возможность, прятались от сильнейшего ливня и разгулявшегося внутри городских стен прилетевшего с далёких северных рубежей студёного безжалостного ветра.

Новоград, озаряемый разрядами молний, то и дело на несколько секунд выныривал из кромешной тьмы, будто проявляющаяся картина величественного миража, чтобы вновь на несколько минут погрузиться в наполненную воем ветра и закладывающим уши шелестом дождя промозглую тьму.

Великолепное и одновременно пугающее зрелище. В такую непогоду небо над огромным, раскинувшимся на сколько хватало глаз, городом было пустынно. Ни один капитан ни одного судна в здравом уме не рискнул бы поднять в воздух дирижабль, чтобы поиграть с судьбой в салочки в условиях погрузившегося в ужасающий шторм города. В этой игре победитель был однозначен.

Я нагнал своего кровного заклятого врага, когда он, ловкими и мощными прыжками покоряя многоуровневую крышу гигантского дворцового комплекса, мчался по скользкой от с грохотом падающей воды глиняной черепице, кровельному железу, меди и бронзе, и остановился пред возвышающимся подобно громадному утесу колоссальным зданием, возникшем на его пути.

Мы с похожей на гротескную прямоходящую гиену тварью оказались среди высотного царства громоотводов, флюгеров, шпилей, флагштоков, крыш и чердаков. Дворец Императора представлял из себя сборную солянку из множества зданий, башен и часовен. И сейчас пред нами возвышалась квадратная башня, покрытая черепичной, четырехуровневой крышей, с золотыми и медными шпилями, величественного строгого собора, утыканная в определённых местах кровли и длинного конька разномастными громоотводами.

Оборотень, тяжело дыша и горбясь, остановился у сложенной из красного камня, вытягивающейся к небу башни, и оглянулся. Дождь безжалостно хлестал его упругими струями. Сверкали хитрые желтые глаза, блестели оскаленные чудовищные клыки. Его шерсть намокла и свалялась, от шкуры поднимался горячий пар. Из пасти со свистом вырывалось утробное дыхание. Перумов в облике Родового зверя был ужасен и пугающ.