Книга Битва за Лютоград, страница 99 – Максим Шторм, Дейлор Смит

— Я наследник Великих герцогов Бестужевых, Алексей, сын своего отца Александра. Я подлинный владыка этих земель и Защитник Севера. И я вижу, что ты боишься меня, Ведьма.

Рух с виду спокойно восприняла мои слова. Но от меня не ускользнуло, что ее тонкогубый рот нервно дёрнулся в резкой судороге. Рух, возможно, впервые за сотни лет свой гнусной черной нечистивой жизни почувствовала если не страх, то что-то очень близкое к этому. Она понизила голос и с издёвкой прошипела:

— Боюсь? Тебя? Ты всего лишь человек с громким именем и непомерной гордыней. Ты не можешь даже пальцем прикоснуться ко мне. А я уже к закату буду вытачивать из твоих костей дудочки для свирели! Кто бы не защищал тебя, в полноценном поединке со мной он не выстоит. Раньше ослабнет… Упадёт. А тогда… Тогда ты познаешь на себе весь гнев Хаоса.

И что-то в ее словах заставило меня ей поверить. Может, она и права, и даже мой Грифон не сможет в полной мере на долгой дистанции тягаться с сильнейшей ведьмой Ковена, уступающей только Вальпургии… Кто знает… Значит, надо переходить в наступление. И заткнуть наконец пасть это гадине.

Усмехнувшись, я быстрым лязгающим шагом приблизился к границе окружающего Рух магического пузыря и легонько ткнул в дрожащую от колдовского марева стенку остриём рунного меча. Почему-то во мне крепла абсолютная уверенность в своих действиях. Я точно знал, что все получится.

Руны, нанесённые на клинок, вспыхнули ярче звёзд, через меч мне в руки ударило сильным откатом и жаром, а окружавшая Рух магическая плёнка с громким звоном лопнула, заставив почву под моим ногами содрогнуться.

У ведьмы отвисла челюсть. Я же отсолютовал ей абсолютно невредимым мечом, у которого лишь чуток раскалился кончик, и вежливо произнёс:

— Кажется, вы что-то говорили о том, что все закончится уже к закату, мадам? Не изволите ли спуститься с вашей проклятой повозки вниз, или мне самому подняться и стащить тебя за патлы, как самую последнюю подзаборную шлюху?!!

Вот никогда не умел толком с бабами разговаривать. Серьёзно. Рух, с мелькнувшим в едва не выскочивших из орбит алых глазах страхом, истошно завизжала и, словно взбешённая фурия, соскочила со своего жуткого насеста.

Приземлившись в нескольких шагах передо мною, она низким горловым голосом, будто простуженный тролль, проревела:

— Ты смотришь в глаза своей смерти, Часовой!!!

В тонких руках Ведьмы откуда не возьмись появилось странное, диковинное оружие, а она сама начала быстро и жутко дёргаться, словно ломаясь… Я невольно сделал два шага назад, поднимая клинок. Черт, да ведь эта тварь меняет свою форму, перекраивая свое тело для грядущего боя! Такого я и представить не мог.

В мои уши вонзился громкий изменяющийся вопль Рух, переходящий в злобное рычание пробужденного огромного разъярённого зверя.

Плоть Рух вспучивалась и опадала, скрипели сухожилия, трещали кости. Ведьма меняла свой облик, превращаясь в огромную кошмарную тварь совсем уж нелицеприятной и жуткой наружности.

Надетое на худенькое тело домотканное платье расползлось на лоскуты. Она вытянулась почти на метр вверх, став таким образом на голову выше меня. Кожа приобрела пурпурный оттенок, ороговев и покрываясь плотной чешуей, превратившиеся в лапы руки и ноги ощетинились загнутыми, отливающими сталью когтями-крючьями.