Книга На чужой земле, страница 68 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Сшибаясь с моим мечом, вражеские лезвия выбивали пышные снопы ярких, озарявших погруженный в темноту зал, искр. Гулкий звон металла возносился к потолку. Несмотря на немного неказистые, долговязые фигуры, скорее тощие, чем мощные, хагеры обладают огромной силой и и недюжинной ловкостью. И мне пришлось включить все свои силы, скорость и накопленные умения, чтобы устоять в первые же секунды против сумасшедшей атаки облачённых в чёрные плащи и длиннополые кольчуги опаснейших противников.

Похожие на монахов твари умели сражаться. И в этом на голову превосходили любого ранее встреченного мною монстра. Погонщики нечисти сулили беду каждому и были сильнее практически всех, кого я знал. За исключением капитана Ярослава Кречета.

Для Часового, даже самого опытного и умелого, одолеть в бою даже одного хагера считалось целым подвигом. До того неуязвимыми и опасными слыли эти существа. Я же сейчас фактически на равных сражался сразу против троих.

Они были как братья-близнецы. В одинаковом облачении и с неразличимым оружием. Одинаковое телосложение и рост. Где их только разводят таких? И уж не клоны ли они какие, мелькнула у меня внезапная мыслишка? Высоченные, они почти превосходили меня ростом, а я в своих силовых доспехах становился хорошо за два метра. Настоящие машины смерти.

Отражая сыплющиеся на меня молниеносные удары, я некоторое время и не помышлял об ответной атаке, полностью уйдя в оборону. И уже успел пару раз пожелать здоровья дяде Игнату за то, что создал мне уникальный боевой комплекс, благодаря которому я ещё держался. Несколько раз я таки пропускал секущие хлёсткие удары и лезвия кос с противным скрежетом бессильно царапали мою броню, соскальзывая с неё, не в силах пробить или как-то повредить. А уж о подвижности и идеальной работе всех шарниров, сочленений, узлов и приводов и говорить не приходилось. И уже через несколько минут безликий вид наседающих на меня хагеров, казалось, начал выражать удивление.

Я все еще был на ногах и продолжал вести бой. Один против троих, взобравшись на гору трупов и не подпуская чудовищ к себе. Ухора уже не визжала, она, злобно рыча, загнанным волком ходила вдоль стены, что-то гортанно бормоча под нос. Лишь один раз она заверещала:

— Живое! Это мясо мне нужно живое!..

Что ж, не скажу, что ее подчиненные так уж и старались выполнять волю своей хозяйки. Любой из ударов косы при определённых обстоятельствах мог оказаться для меня смертельным. И ещё один момент. Я начал уставать. Сумасшедшая затянувшаяся битва выжимала из меня все силы, вытягивала всю энергию. И подозреваю, что если бы Грифон не делился своей, я бы уже начал шататься от усталости.

Излишне долго наше жесткое сражение продолжаться не могло. Я зарычал, удваивая скорость. Быстрее, ещё быстрее! Мой меч, порхая как бабочка, мелькал в воздухе едва уловимым для глаз фантомом.

Отразив очередную атаку, я напружинил ноги, оттолкнулся, снова взмыл в воздух, вновь используя становящийся излюбленным и эффективным прием, и, увеличивая скорость и силу удара, обрушился вниз на ближайшего ко мне хагера.

В последний момент тот успел выбросить вверх обе руки, перехватывая древко косы и защищаясь от падающего меча.

Завывая, раскалившийся до бела клинок с громким, ударившим по ушам, колокольным звоном врезался в железное древко косы, перерубил его и обрушился на покрытую капюшоном голову так и не издавшей ни звука твари. Я знал, что хагеры невероятно живучи, практически неубиваемы, мало восприимчивы к магии и так просто их не остановить. Но даже такое существо не выстояло против кометой рухнувшего на него сверху черного рунного меча.