Книга В западне, страница 90 – Максим Шторм, Дейлор Смит

— Так-то, ребята, ваш командир в очередной раз оказался прав. Предатель навсегда остается предателем. Как бы не рядился в овечью шкуру… Удивляюсь местным порядкам, как они еще терпели его в своих рядах? И таким образом он отплатил нам всем за императорскую доброту и милость! Паскуда!

За бароном молча двинулись четверо позвякивавших оружием бойцов, гудя приводами силовых доспехов и стуча железными сапожищами по каменному двору. Рыков первым прошёл к дверям и потянул одну из створок на себя.

— Пришло время посмотреть, сколько ещё пособников предателя обитает в этом гадючнике, — злобно бормотал он, быстро шагая вперёд. — И где они все прячутся, ведьмины выкормыши!

Все обитатели замка находились в холле, так что ворвавшейся внутрь штурмовой бригаде Часовых, ведомых обозлённым Рыковым, не пришлось долго бегать и искать. Их и так терпеливо ждали. Удивлённый тем, что на поиски местных не пришлось тратить много времени, Рыков на пару секунд даже застыл на пороге просторного, скромно обставленного холла, с поддерживаемым дубовыми балками потолком, старинной мебелью и затопленным с утра большим камином. Сверху на цепях свешивались колесообразные люстры. Прямо напротив входной двери застыло несколько человек.

— О, на ловца и звери сбежались! — воскликнул Рыков.

Громыхая бронёй, он прошёл к одному из двух стрельчатых окон, оторвал от портьеры большой кусок и с остервенением принялся вытирать с лица подсохшую кровь, морщась всякий раз, когда задевал сломанный нос. Обитатели имения предательской семьи молча и настороженно следили за ним. Его бойцы, разбившись на двойки, перекрыли вход в холл и ведущую далее в глубину замка закрытую дверь.

Отбросив превратившуюся в заскорузлую тряпку ткань, Рыков, уже не торопясь, прошагал на середину комнаты и остановился, нависая в свой громоздкой вычурной броне над соратниками Безродного, как злобный и оголодавший великан.

— Так, так, так, — прищуриваясь, угрожающе промурлыкал Вениамин, лениво осматривая свою добычу. — Я думал, что вас будет больше. Если кто успел спрятаться от императорского правосудия, то говорите сразу. И тогда я сохраню милость к тому человеку. Ну же, мне отправлять своих людей заглядывать под каждую кровать в этом замке или же все живые и в самом деле здесь⁈

Ему ответил просто одетый, невероятный по ширине и мощи мужик. Невысокий, но очень плотный и сбитый, с толстенными ручищами, бычьей шеей и пудовыми кулаками. Чистый, опрятный и с ухоженной бородой. Голос его был низким, густым и совершенно спокойным. Он не боялся Рыкова, и того несколько обескураживал и злил сей факт.

— Ваше Благородие, мы люди мирные и честные. Нам прятаться нету резону. Все, кто обитает в замке, здесь, пред вами. Никто не собирается никуда бежать.

— Мирные и честные, значит, — осматривая задержанных, хмыкнул Рыков. — Странно такое слышать от крестьян, которые живут под одной крышей с преступником и изменником… Впрочем, что еще ждать от смердов…

Он внимательно осмотрел замерших перед ним людей. Широченный мужик не иначе как главный приказчик, толстая баба наверняка кухарка, сисястая молодуха, чем-то неуловимо на неё похожая и пялящаяся на него, как перепуганная мышь на кота, скорее всего, ее дочь. Два дюжих дуболома, изо всех сил делавших вид, что оказались здесь совершенно случайно, а у самих кулаки вон как сжимаются, до побеления костяшек… Рыков хмыкнул. Это все голытьба, заговаривать с которой ему, благородному дворянину, и вовсе зазорно. Не то что еще руки об них марать, да допрашивать лично… А вот последняя из обитателей дома изменника заслуживала намного больше внимания.