Онлайн книга «Часовой: слуга Императора»
|
— Дорофеева, из тебя яд так и лезет. Я бы, наверное, и плюнул, но всё же любопытно, с чего вдруг такое персональное отношение? Мгновенно выпрямившись и выронив из пальцев тряпку, Алёна повернулась ко мне, смерила пристальным взором и глухим, практически мёртвым голосом прошептала: — Еще до своего рождения ты провинился в том, что мы все вообще здесь находимся! Ты потомок предателя! Я невольно приподнял брови и покачал головой. Признаюсь, уже успел привыкнуть, что здесь, в далёких суровых северных краях, в окружении новой семьи, среди братьев по оружию, ко мне относятся без оглядки на «заслуги» предка. Она же, не повышая голос, продолжила жутко шептать, словно боялась заорать во всю глотку, если чуть повысить голос. — Ты знаешь, как я очутилась здесь? Как поступила в Академию Часовых? Да, я родилась тут, на севере. И знаешь где? В одной из деревушек, близ юго-западной приграничной крепости. И уже в десять лет потеряла своих родных. Моих родителей и младшего братишку буквально на моих глазах освежевали и сожрали пришлые твари во время одного из редких, но страшных и кровавых набегов. Мясники. Это были они, если ты, конечно, понимаешь о чем я. Жуткие твари. А я всё видела. И ничего не могла поделать. Чудом спаслась. Тогда была настоящая бойня… Пока не прилетели срочно высланные из Цитадели корабли, да не подоспел отряд из форта, монстры успели истребить половину моей деревни. Конечно, после всего этого мне была только одна дорога. Сюда. В Орден. А теперь спроси меня, кто во всем этом дерьме виновен⁈ Спроси, Альрик Безродный! Последние слова она все-таки громко и с ненавистью выкрикнула, потемнев лицом. На ее шее натянулись жилы, фиолетовые глаза загорелись убийственным пламенем. Я молчал, со стучащими молоточками в висках, и также невольно сжимая от ярости кулаки. Но молчал и сдерживался, давая ей высказаться. Человек в такие мгновения говорит много больше чем хочет и нужно, и не стоит ему в этом мешать. Тем более я и вправду хотел знать о причинах её ненависти. И узнал. — У тебя горькая судьба и мне действительно жаль твоих родных, — с металлом в голосе отчеканил я, когда Алёна, тяжело дыша, умолкла. — Но не смей меня обвинять в том, к чему я не причастен. Я пресытился этим по горло в Академии и Столице! И я тебе никакой не Альрик. Здесь, на землях своих предков, я даже не хочу слышать этой позорной собачьей клички! Свою речь я тоже закончил на повышенных тонах. Дорофеева, закусив нижнюю губу, мрачно смотрела прямо мне в глаза. Я, не отводя взгляда, упрямо выдвинул нижнюю челюсть. Наверное, со стороны мы казались двумя возбужденными взъерошенными бойцовскими петухами, готовыми вцепиться друг в дружку так, что перья полетят. — Капитан Кречет запретил называть тебя иначе, чем настоящим фамильным именем, — наконец глухо сказала она. — Только что я нарушила прямой приказ командующего Цитаделью Часовых. Что будешь делать, солдат? Побежишь докладывать? — Оставлю на твоей совести, — не меняясь в лице, бросил я. — Думай что хочешь, Дорофеева, но впредь держи язык за зубами. Нам с тобой ещё предстоит сражаться плечом к плечу… И предупреждаю, я всегда настороже. Всегда. Только попробуй что-нибудь выкинуть… Вспыхнув так, что хоть прикуривай, Алёна едва не взвилась в воздух: |