Онлайн книга «Воин Ордена»
|
Достав из вещмешка сухпай, состоящий из нескольких полосок вяленого мяса, сухаря да фляжки воды, я поел. Наверно, мою трапезу можно было расценивать как ужин. Скоро стемнеет, дирижабль заполнит длинная тринадцатичасовая ночь, а утром, утром мы уже будем над Лютоградом, самым крупным и населённым городом Северных Земель. Неофициальной Столицей могучего в былом Герцогства. В котором мне вряд ли обрадуются, подытожил я. После ужина захотелось в туалет. Выйдя в узкий коридорчик, я побрёл по слегка подрагивающей под ногами палубе. «Хорёк» развивал очень приличную скорость, острым клином рассекая небесную гладь. От этого его слегка потряхивало, но команда корабля во главе с бравым капитаном, напоминающим пирата в отставке, явно знала, что делала. Капитан курьера носил звучное имя Еремей Могильный и вёл себя как заправский морской волк, избороздивший сотню морей и дюжину океанов. В отличии от одетых в безликие однотонные бушлаты моряков команды он щеголял в неплохого покроя мундире с длинными фалдами, подпоясавшись огненно-красным кушаком с портупеей, отягощённой двумя пистолями. Среднего возраста, жилистый и подвижный, он, как и его кораблик, напоминал хищного ушлого зверька. От меня не ускользнуло, что костяшки его пальцев покрыты поблекшими наколками, а во рту сверкают два золотых зуба. Свои длинные, каштановые, с легкой проседью волосы он собирал в конский хвост, а на голове носил лихо заломленную треуголку. С виду заигравшийся в пиратов франт. Но то, с каким уважением относились к нему подчинённые, беспрекословно выполняя все команды, заставляло иначе смотреть на Могильного. Он явно пользовался непререкаемым авторитетом. И, что лично для меня было немаловажным, ко мне отнесся не хуже чем к остальным. Даже, несколько раз повторив мою фамилию, словно пробуя на вкус, расплылся в широченной ухмылке и заявил, что один из его далёких родичей тоже звался Безродным. А затем, понизив голос, добавил, что не иначе, как его дед где-то здорово проворовался, и попал в опалу не то к барону, не то князю, черт их знает за давностью лет! Вот таков вот у нас колоритный капитан был. Посетив угнездившийся в конце коридорчика гальюн, за которым следовал машинный отдел и багажный отсек, я столкнулся едва ли не нос к носу с одним из недавно принявших присягу Часовых. Нервный парень. Ещё на взлётном поле он старательнее других делал вид, что в упор меня не замечает. Но когда думал, что я не смотрю в его сторону, исподволь стрелял в меня беспокойными настороженными глазами. Я ещё тогда подумал, что он мне не нравится. Сейчас же, встретившись с ним буквально лоб в лоб, понял, что своего решения точно не изменю. Нервный парень. Подозрительный. Он посторонился, пропуская меня и отводя взгляд. Пробурчал: — Проходи… Он был почти на голову ниже меня, но крепкий и такой же широкий в кости. Простое крестьянское лицо, стриженные ёжиком волосы и бегающие глаза. Звали его вроде бы Григорием. Он явно боялся и был на взводе. Но чего? Неужели курсантов настолько запугали россказнями об ужасах Северных земель, что это способно довести до сдавшего экзамен на выживаемость и проучившегося два года в Академии Часового до нервного срыва? Не верю. Григорий юркнул в двери гальюна. Я же, решив держать ухо востро, вернулся в свою каюту. По уже выработавшейся привычке усевшись возле окошка, я машинальным жестом проверил спрятанные за пазухой кителя свои сокровища: маленький тубус с картами, свёрнутое в трубочку письмо от князя Рокоссовского, да серебряную монету древних времен с изображением царицы Екатерины Второй. Я ни на минуты не расставался с этими вещами, не доверяя ни одной живой душе. Я не хотел рисковать, поэтому всегда носил свое добро с собой. |