Книга Власть закона, страница 50 – Максим Шторм, Андрей Северский

Мэт был старшим в паровозной бригаде «Столичного экспресса». По его началом работали ещё два человека. Сэм Перкинс, второй водитель, всего лишь на два года моложе Мэта, и Джо Холдеман, здоровенный как шкаф малый, махающий лопатой почище иной паровой землеройной машины. Во всяком случае, Мэт за четыре года их совестной работы ни разу не видел, чтобы Джо хоть раз пожаловался на усталость. Он один с лихвой заменял собой двух молодцов.

Мэт стоял у рычагов управления локомотивом, представляя себя на капитанском мостике дирижабля или океанского парохода. А чем, собственно, поезд хуже, чем воздушные и морские корабли? «Столичный экспресс» такой же без устали бегущий работяга. Покоряющий сотни миль земного пространства, мчащийся по железной дороге, как по безбрежным океанским просторам. К слову, паровоз с лёгкостью обгонит любой известный вид наземного и водного транспорта. Никто не может тягаться с ним. Ни один паромобиль или даже пароход. Единственный, кто способен обогнать поезд, это безраздельный небесный властелин дирижабль…

— Слышь, у тебя такой вид, словно ты сейчас лопнешь от важности, — прочавкал с кресла второго водителя Сэм, уплетая за обе щёки огромную булку с чесночной колбасой. — Эй, Джо, ты только глянь на нашего главного машиниста! Ей богу, Мэт, иногда у тебя такой видок, будто ты и не с нами вовсе.

— Ага, вылитый адмирал Рейнхарт! — Холдеман вытер рукавицей испачканный сажей лоб и оперся о лопату. Рядом с ним за чугунной шуровочной дверцей приглушенно ревело неистовое пламя.

Мэт закусил измочаленный чубук ароматно дымящей трубки и беззлобно огрызнулся:

— Заткнись, засранцы. Ещё своим детям рассказывать будете, с кем ходили под одним флагом.

Перкинс чуть не подавился колбасой. Он отчаянно замахал руками, пытаясь проглотить вставший поперёк горла кусок. Холдеман с хрустом вонзил лопату в уголь и засмеялся:

— Точно, адмирал! Мэт, ты хоть о нас не забудешь упомянуть в своих мемуарах?

— Такие вонючки, как вы, не достойны моего внимания, — Мэт по привычке костерил подчинённых на все лады, не слишком церемонясь в выражениях. Впрочем, Сэм и Джо, бывало, обзывали его и похлеще. В кабине среди паровозной бригады царило абсолютное равенство и свобода слова.

— А чем ты займёшься на пенсии, сивый ты мерин? — откашлявшись, поинтересовался Сэм. Первый помощник машиниста, наконец, расправился с бутербродом и сложил руки на заметно округлившемся животе, наслаждаясь звонким перестуком колёс с убаюкивающе привычным ощущением готового взлететь поезда.

— Скоро узнаешь, — ухмыльнулся в усы Донахью. — Через два года после меня… Это вон Джо у нас совсем сосунок. Мы уже внуков будем нянчить, когда он только решит обзавестись первенцем.

Холдеман присел на краешек оббитой кожей низенькой скамейки у изголовья тендера и передёрнул могучими плечами.

— Нажить детишек дело не хлопотное… На ноги поставить это другой разговор.

— А вы слышали заявление нашего нового председателя профсоюза? — встрепенулся Перкинс. — Я ж был на прошлом собрании в Северном депо. И знаете, что этот сукин сын сказал?

Мэт достал из кармана водительской куртки платочек и неспешно протёр вытянутое узкое лобовое стекло кабины со своей стороны. Полюбовался проделанной работой, вытащил изо рта трубку и только потом спросил: