Книга Иллюзия закона, страница 224 – Максим Шторм

— Железо жжётся!

Спунер отшатнулся, чуть не упав на спину. Из-под пальцев старика, оканчивающихся грязными загнутыми ногтями болезненно жёлтого цвета, повалил удушливый белесый дымок. Словно старик схватился за раскалённые до бела прутья! В ту же секунду безумец отпустил решётку и, тихонько скуля, отступил вглубь камеры. У Джека гулко забилось сердце. Он так и не понял, чему свидетелем стал только что… Но то, что больше на это смотреть не хочет, он знал точно. С трудом оторвав взгляд от оставленных на железных, тронутых лёгкой ржавчиной прутьях решётки кусочков прилипшей кожи, Джек споро помчался к следующей двери.

Второго ребёнка Спунер обнаружил через несколько шагов, за дверью справа. То была опять девочка. Видимо, она давно наблюдала за ним. Потому что, когда Джек заглянул в окошко, она сказала, как ни в чём не бывало, словно ожидая его появления:

— Привет. Ты кажешься совершенно нормальным.

Спунер замер, с подозрением глядя на неё. Близко он старался не подходить. Благо она стояла почти вплотную со своей стороны двери, и он очень хорошо видел её лицо. Немногим выше него, скорее всего на пару лет старше. Почти девушка, но с нежными детскими чертами. Такое же исхудавшее лицо, как и у Эллы, тоненькие, взявшиеся за прутья решётки пальцы с обгрызенными ногтями. Ну хоть кожа её не горела и то хорошо, торопливо успокоил себя Джек, решив, что деваха на первый взгляд вполне адекватна и, возможно, даже сможет ему помочь.

— Привет. Вообще-то я нормальный и есть, – сказал Спунер, рассматривая её. Суженое к острому подбородку, почти треугольное личико, хрупкая шейка, дружелюбные карие глаза, выглядывающие из-под коротких, неровно обкромсанных волос, слегка заострённые, как у эльфа, ушки. Волосы… Волосы девочки были седыми как лунь. Белее молока.

— Я тоже нормальная. И меня здесь держат против моей воли. Я ничего никому не сделала плохого. Я невиновна. И я не сумасшедшая.

— Ну, по крайней мере такой кажешься, – буркнул Джек. Не сумасшедшая. Да устрой он тут поголовный опрос, считают ли местные заключённые себя психами, и результаты будут таковыми, что всех придётся в ту же минуту выпускать на свободу, как личностей, несправедливо и незаконно удерживаемых!

— Я так давно не видела обычного человеческого лица. Такого доброго и открытого. Позволь я дотронусь до тебя…

Наверно я слишком добрый парень, подумал Джек, поскольку сердце у него опять тоскливо заныло, преисполнившись жалости и к этой обречённой на страдания душе. Добрый, но отнюдь не наивный. Да хрена лысого он позволит дотрагиваться до себя кому не попадя. Пусть бы даже эта деваха выглядела как наследная принцесса, он к ней и на лишний шаг не подойдёт!

— Слушай, я, конечно, всё понимаю и в чём-то даже разделяю твои чувства, но сначала скажи-ка мне вот что, – торопливо проговорил Джек, пока девушка мечтательно смотрела на него, грустно улыбаясь – ну не дать не взять заточённая под стражу оскорблённая невинность. Дудки, Спунер уже уяснил, что в этой части больницы он навряд ли найдёт действительно по недоразумению угодившего сюда человека. Или же он просто очерствел за последние часы? Ведь он же как раз и разыскивает здесь именно невиновных… Мальчишка на миг смежил глаза и яростно затряс головой. Чёрт побери, от таких мыслей он скоро и сам свихнётся!