Книга Охотники на принцесс, страница 120 – Ольга Болдырева

— Мы понимаем, что все взбудоражены исчезновением вашей дочери, и готовы закрыть на произошедшее недоразумение глаза, если Янтарной принцессе окажут квалифицированную помощь, а нас разместят с комфортом и не станут беспокоить то время, которое потребуется ее высочеству, чтобы восстановиться, — спокойно сообщил Киллиан, сразу проясняя нашу позицию.

За Сальви было обидно, но и развивать конфликт не хотелось. Уж мы-то все прекрасно понимали, сколько головной (и не только) боли может доставить пропавшая принцесса.

— Мы не задержимся, — заверил я бирюзового дракона.

Тот выдохнул.

— Что ж, мои лучшие лекари к вашим услугам. Я сейчас же распоряжусь, чтобы вас разместили и накормили ужином. Ни в чем себе не отказывайте — в эти дни вы мои любимые гости. Однако я должен сразу извиниться, что не смогу устроить ни приемов, ни званых обедов. Похищение моей дочери… еще и накануне свадьбы!

— Мы понимаем, — заверил Сирше. — И уверены, что ваши воины быстро ее найдут и накажут виновным.

Владыка Бирюзовых пределов, высокий немолодой дракон, в ярости ударил по подлокотнику своего шикарного кресла.

— Лучше бы не нашли!

Неожиданное признание…

Мы осторожно переглянулись, но продолжать Бирюзовый владыка не стал, сделав знак слугам, чтобы нас развели по покоям.

Я протер запотевшее зеркало и мрачно уставился на собственное отражение. Густой молочный пар, затопивший ванную комнату, смазывал границы реальности. Или же это я настолько устал, что перед глазами все плыло. Несмотря на то, что я добросовестно отдраил собственное тело и пролежал в обжигающей воде больше часа, все равно не ощущал себя чистым. Рана на боку почернела и опухла, хотя я чувствовал, что организм борется и медленно излечивается.

Эльф в отражении мало чем напоминал Серебряного принца с дворцовых портретов. Он даже не напоминал меня самого, каким я привык видеть себя в зеркалах. Я сильно похудел. Бледная тонкая кожа, на которой сейчас четко прослеживал узор темных вен, обтягивала скелет так, что меня можно было использовать в качестве пособия для студентов-целителей. Лицо осунулось, его черты заострились, стали чужими, хищными. Волосы утратили жемчужный блеск, и сейчас выглядели просто седыми. Синие глаза выцвели на несколько тонов. От перворожденного сейчас во мне оставались разве что острые уши, и те можно легко спрятать за белыми прядями.

Тощий больной некромаг — вот кого я видел в отражении вместо его высочества Нераэля Астрана, наследника Серебряного трона.

Наскоро обтершись огромным пушистым полотенцем и обработав рану мазью, я добрался до огромного ложа и, как был нагим, так и рухнул в объятия перины.

Несколько минут я смотрел на высокий мозаичный потолок, разглядывая причудливо-изгибающиеся длинные тела бирюзовых драконов. Казалось, они танцуют, и стоит мне лишь моргнуть, как они меняют позы. Ветвистые рога, украшающие их головы, мастера выложили полупрозрачными слюдяными пластинками, которые в свете магического огонька бросали вокруг едва заметные отблески.

Я не заметил, как заснул. Мне все еще продолжало казаться, что я лежу на кровати, уставившись вверх… И драконы на потолке, перестав стесняться моего взгляда, танцуют уже в открытую.

— Лель… — прошелестело еле слышное эхо.

— Вита, — улыбнулся я. — Ты не сердишься?