Книга Без души, страница 117 – Ольга Болдырева

— Бездна!

Дождавшись, когда Далик отойдёт на достаточное расстояние, я брезгливо отбросил меч. Дотронулся до губы, которая никак не хотела заживать. Пустота затаилась под пристальным взглядом надзирателя и не спешила меня лечить. Слизнул выступившую кровь.

— Ты не мог бить не так сильно? Кажется, я не просил себя калечить.

Девеан только развел руками.

— Извини, не удержался — соблазн был велик.

— Дать мне пощечину, как истерящей девчонке?

— Истерящей тряпке, — поправил меня надзиратель, — которую ты очень успешно себя изобразил. Только зачем? Нет, мне понравилось, я даже не прочь повторить «на бис». Но объясни, к чему этот цирк?

— Захотелось, — огрызнулся я, ежась от ледяного ветра.

— Лжец, — усмехнулся мужчина и опять протянул мне меч. Кажется, температура, стремящаяся к нулю, его ничуть не трогала, и чувствовал себя Девеан комфортно. — Бери, сказал «а», придётся и «б» говорить. Всё равно, раз ты решил поиграть в спасителя — они возьмутся за твою подготовку.

Я покачал головой, разглядывая тусклое лезвие грубой работы, провел по нему ладонью, несколько раз крутанул его, проверяя баланс. Кивнул.

— Им нужно сделать выбор: идти дальше, слепо доверяя старой паучихе, или же попытаться самим разобраться в происходящем. В любом случае игра в спасителя продлиться только несколько дней. Каждому по делам его, от того, что они выберут, зависит, как умрут. А сомнения… — они разъедают кровь и разум. Было необходимо, чтобы вера в спасителя пошатнулась.

— Мне не зачем учиться драться, — добавил я.

Надзиратель выглядел, откровенно говоря, удивлённым, он сощурил глаза и неожиданно атаковал.

Я мог увернуться, чтобы не портить его меч или применить пустоту, но иногда слова стоит подкреплять действием. Возможно даже эффектным действием, в чём-то театральным. Я напряг плохо натренированное тело до предела, попытавшись почувствовать оружие: для этого не нужно иметь душу, даже наоборот. В несколько секунд меч Девеана осыпался к ногам мужчины ровными обломками. Я стоял за спиной надзирателя, приставив острие к его левой лопатке.

— Недооценил я тебя. Не обольщайся, больше такого не повториться.

Конечно, в следующий раз я воспользуюсь пустотой. И конечно, не стану объяснять, откуда у меня это умение. Я ведь никогда не мог обращаться с оружием. Даже сейчас не умею. Но вот Эрик всегда был превосходным мечником. Здесь, в моей груди, его часть. Вот и все секреты. Его знания — это мои знания. Абсурд, но сейчас во мне находятся те воспоминания и умения мастера, которые он ещё нескоро получит, если конечно, успеет получить. Как же всё-таки интересны парадоксы времени.

Вспомнив об одном вопросе, я обратился к надзирателю.

— У творцов есть целая академия, которая изучает временные парадоксы. Не так ли?

Не удивившись смене темы, Девеан послушно ответил.

— Отдельной академии нет. Она одна — по изучению, систематизации, созданию миров и налаживанию между ними контактов. А в ней, кроме всего прочего, есть два отдела — один создаёт временные парадоксы, а другой их изучает. Для этого выделен целый ареал в междумирье, где можно проводить эксперименты. Он наглухо запечатан и, чтобы получить к нему доступ, нужно приложить нечеловеческие усилия. Перед каждым целенаправленным вмешательством во время и пространство отдельного мира изменения моделируют и анализируют в этих отделах. Малейший промах в расчётах, и грани захлопнутся. Наступит конец. Есть такой закон… во множественной вселенной их предостаточно, но этот один из самых интересных. Парадокс не может возникнуть просто так, только создаться извне. Но по теории вероятностей, если произошёл один парадокс, возможность того, что именно здесь и сейчас случится второй — никем не санкционированный — появляется.