Книга Точка просчета. Необременские музыканты, страница 97 – Ольга Болдырева, Ольга Ермакова

Девушка тем временем устроила на палубе мастер-класс по приготовлению морепродуктов. Позади Джем стоял доведенный до белого каления кок. В его святая святых вторглась маленькая ведьма, обвинив в антисанитарии, затем она влезла в общий котел, долго отплевывалась и, наконец, забрав разделочную доску и пару милых тесаков вместе с утренним уловом, попыталась отправиться «учить салагу, как надо готовить!» Веса в «салаге», надо сказать, было под полтора центнера, роста — за два метра. А ведьма не только не испугалась, но и смерила кока крайне презрительным взглядом.

Попытка же сцапать наглую девку, зажать в углу и наглядно объяснить, что в камбузе царь и бог именно он, закончилась полным фиаско. Ведьма что-то сердито пробормотала, ткнула пальцем в широкий металлический браслет, а в следующий момент кок обнаружил себя лежащим на деревянных досках. Джем (не столько из мести, сколько от того, что огромная туша перегородила выход с кухни) нагло протопала по мужику, исключительно случайно отдавив каблучками пару весьма болезненных мест.

К тому моменту на палубе собралась большая часть команды, делая ставки, кто кого. И появление горделиво приосанившейся Джеммы вызвало шквал эмоций. Пираты засвистели и, сгрудившись вокруг ведьмы, принялись наблюдать за приготовлением пищи.

Кок, слегка пошатываясь, также выполз из камбуза, где его взяла в оборот подошедшая с ромом Бейн. Налив мужику стаканчик, чтобы привести пирата в чувство, Ориел принялась за расспросы на тему жития штатного повара на пиратском корабле.

Джемма же мастерски подкидывала рыбу перед собой и успевала за несколько мгновений не только разрезать на маленькие кусочки, но еще и отделить кости. Затем девушка, как заправской шеф-повар, разделила рядом лежащие огурцы на ровные дольки. Пираты сидели вокруг Джеммы и восхищенно наблюдали, как вместо привычной похлебки получается нечто весьма аппетитное и необычное. Самые кровожадные и зверские на вид пираты с уважением поглядывали на скорость вращения громадных тесаков в руках маленькой ведьмы.

Одна Бейн смотрела на сие действо с тоской — она терпеть не могла суши и роллы, а потому, постояв еще пару минут, отправилась дегустировать уху кока. Тот умиленно смотрел, как Ориел досаливает суп.

Поднявшиеся следом Олдер и Елент с интересом наблюдали за происходящим.

— И я в который раз предлагаю запихнуть их к твоему Квипцинии: мигом все выложит! — хохотнул Олдер, вспомнив про жуткую головную боль Елента.

Данный индивид, уличенный в шпионаже и черномагических ритуалах и помещенный в застенки инквизиции, оказался любителем м-мм… нестандартных развлечений. И палачи, как ни старались, единственное, что доставляли пленнику — удовольствие.

— А я в который раз повторяю, что нужно совсем отчаяться, чтобы привести ведьм в башню Покаяния, — скрестил руки на груди Елент.

— Давай на спор? — с азартом предложил Олдер, наблюдая, как кок плачется в плечо Ориел о своей горькой судьбе, поминая и отца-алкоголика, и жестокость городских улиц. Выражение лица самой Бейн при этом было непередаваемым. — Если найдется причина, по которой ты приведешь девушек в башню не как пленниц, обязательно навестим камеру Квипцинии!

Отец Март категорически не любил споры и сделки. Однако выдвигаемые королем условия казались настолько невероятными, что он согласился.