Книга Край заблудших, страница 36 – Ксения Левонесова

— Лем про тебя все уши прожужжал. Говорит, ты ему продал слово «солнце». Почему ты его помнишь?

— Просто помню.

Как же там Дита? Не заметил ли ее Марк, проходя мимо? До Авеля и его вопросов мне не было никакого дела. Нужно поскорее отсюда выбраться и бежать, бежать…

— Ты чего на дверь поглядываешь? Не боись, не съем я тебя. Я вообще мясо не люблю! Вот хлеб – другое дело.

— Что? – Я невнимательно посмотрел на Авеля. Что он несет? Бредит похуже Каина.

— Так у нас разговор не склеится. Слушай, я знаю, как это решить!

Авель опустил ноги на пол, поднялся, откинул крышку одного из ящиков. Что-то зазвенело – и на свет появилась бутылка.

— Будешь?

— А что это?

— Кровь. – Авель засмеялся своей шутке и отпил прямо из горла. Губы окрасились в красный. – Шучу. Вино это. Тут такого почти не найти – почему-то больше пиво делают. Мерзость та еще, скажу я тебе. Всегда ненавидел пиво.

— Всегда – это сколько? – наконец спросил я. Видимо, придется поболтать с этим чудаком, чтобы он от меня отстал. А еще хорошо бы не говорить ни о чем важном, а то вдруг придется рассказывать обо всем Каину…

— О, твой первый разумный вопрос! – обрадовался Авель и плюхнулся на трон. Дерево под ним затрещало. – Я, конечно, преувеличил. Всегда – это вечность. И хоть мне кажется, что я торчу тут как раз вечность, это не так. Лет сто. Может, двести.

— Тут – это где? На складах?

— Тут – это в этом месте, куда нас закинула судьба. Каин думал-думал, да так и не додумался дать ему имя. А у меня есть несколько вариантов. Ну-ка, послушай. Город Безнадеги. Отчаяния. Смерти. Как тебе? – Авель произносил эти слова с такой добродушной улыбкой, будто рассуждал о бабочках. Он точно псих.

— Мрачновато.

— Согласен! – Кажется, его даже обрадовал мой ответ. – У меня есть еще вариант. Раз уж тут протекает река Лета, можно назвать город Лета. Солнечное слово, да?

— Солнечное, – подтвердил я, вспоминая, что такое лето. Солнце слепит глаза. Не надо идти в школу. А последнее мое лето было самым счастливым – мы с Дитой совсем не расставались. Хотя мы и на учебе всегда были вместе.

— Это ты помог нам вспомнить это слово. А знаешь еще какие-нибудь?

— «Нам»? Это кому?

Авель задумался, отхлебнул еще вина.

— Нам, всем в этом городе. Тут быстро новости разносятся, хотя и кажется, что никому ни до кого нет дела. И это почти правда. Но люди работают, друг с другом общаются. Один услышал слово – и на другом конце города его будут знать уже через несколько дней. Так мы вспомнили слово «человек». Представляешь? Жили тут годами и не помнили, кто мы. Хотя и до сих пор не помним. Даже я, хотя должен бы. Я появился здесь даже раньше Каина. О, какие были времена! Никаких паршивых фабрик, никакой работы. Мы жили, наслаждаясь свободой. Не было голода и жажды. Мы были счастливы.

— А потом?

— Потом пришел он. – Авель помрачнел и даже отставил вино. – Появился из ниоткуда и привел нас в никуда. Достал эти чертовы семена, взрастил бестолковый город. Вместо прекрасных деревьев появились трубы и заводы. Люди пошли за ним – а кто отказался, тех выбросили за границу. Я спрятался, пока Каин не обрел силу. Он умеет заключать сделки, мне тоже пришлось научиться. Иначе я бы не смог скрываться так долго.

— Это вы про лабиринт на складе? – догадался я. – Вам кто-то его построил? Но кто?