Книга Кольцо желаний, страница 105 – Ксения Левонесова

— Я не мог видеть, как ей плохо.

— Зато с тобой она была счастлива.

— Ты специально вскрываешь старые раны? – тихо спросил Рэм.

— Это часть моей тайны. Я видела, как моя подруга смотрит на тебя с бесконечным обожанием, и старалась найти: за что? И нашла. Наверное, даже больше, чем она сама. Ты никогда не рассказывал ей про ту старушку, которую ты ограбил? Василиса бы не поняла, не простила бы – она слишком светлый человек для такого. А я приму тебя любого.

— Про свою любовь ты уже рассказывала, Аня! – вмешался Яр, но она его будто не услышала.

— Хоть задушил бы ты ту старуху – всё равно я не отвернулась бы от тебя! – настойчиво продолжала Аня.

— В этом-то и разница, Анька, – проговорил Рэм без злобы. – Ты меня любого примешь, хоть вора, хоть убийцу. А Васька – она делала меня светлее. Заставляла быть лучше каждый день. Понимаешь?

— Это уже не важно. Василиса помогла Яру украсть фату. Он выпил омен и сбежал, а Василиса осталась и сдалась. Она всегда была очень правильной. Шеф поручил лишить её памяти. Поручил мне, впервые. Раньше я никогда такого не делала, хоть он и объяснил, что эмпат лучше других подправит воспоминания. Мы долго говорили с Василисой. О том, почему она помогла Яру, что мир прорицателей несовершенен. Она была не против попрощаться с воспоминаниями. Я впервые создала такой эфир. Меня окружили нити воспоминаний, как клубок киноплёнок. Я хватала их, лёгкие, как паутинки. Что-то вырезала, что-то подправляла. Память и сама помогала мне – вместо исчезнувших воспоминаний подсовывала нужные, не относящиеся к прорицательству. Всё шло хорошо. Пока я не наткнулась на воспоминания, связанные с Рэмом.

Воздух вокруг будто наэлектризовался. Яр взял меня за руку и заставил отступить на несколько шагов.

— Что ты сделала? – угрожающе прорычал Рэм.

Она должна была соврать! Скажет правду – и он убьёт её! Но Аня продолжала:

— Я видела, как вы обнимаетесь, целуетесь… и вырвала эти воспоминания. С корнем, разорвав плёнку. Края воспоминаний пытались сойтись, замениться. Будто бы вы познакомились не на службе прорицателей, а на улице. Будто не на заданиях были, а просто гуляли. Но я безжалостно рвала плёнку. Рвала её память до тех пор, пока нити не повисли в воздухе, больше не пытаясь сойтись. Только тогда я поняла, что вырвала тебя из её памяти навсегда. Поняла, испугалась и тут же обрадовалась – теперь-то ты остался мне.

Яр рванул вперёд, на странный шум. Я услышала кряхтение, как во время борьбы.

— Рэм, успокойся! – приказал Яр.

— Ты сказала, что это была ошибка! – прокричал Рэм.

— Я соврала, – спокойно призналась Аня. Послышался тихий треск, как проворачивающийся механизм, и что-то щёлкнуло. – Шкатулка открыта. Рэм, я дарю это кольцо тебе.

— Да пошла ты!

Шкатулка отлетела в сторону. Аня взвизгнула. Яр ругнулся – похоже, не смог удержать Рэма, и тот вырвался, но ещё не добрался до Ани. Яр успел перехватить его?

Я попятилась и наткнулась спиной на чью-то руку. Опрокинула фигуру, запнулась, упала, больно ударившись копчиком.

— Я убью её! – орал Рэм. – Ты во всём виновата!

— Да успокойся ты! – Яр пыхтел, явно не в силах остановить Рэма. – Уходи, бегом! Я его не удержу!

Аня пробежала совсем близко, опрокинув рядом со мной несколько статуй. Я закрыла лицо ладонями – почему-то испугалась, что чей-то восковой палец проткнёт моё глазное яблоко. Аня бежала, роняя за собой фигуры, а Рэм и Яр продолжали бороться.