Книга Чудовища на Полынной улице, страница 26 – Ольга Болдырева, Анна Сешт, Татьяна Ван, и др.

Я поднялся и на ватных ногах подошел к столику с расшифровками. Все делал на автомате, мысленно находясь где угодно, только не в храме.

Взяв листочек с номером двадцать шесть, я сглотнул. Когда слюна скатилась в пустой желудок, тот недовольно отозвался, напоминая, что с утра я не ел. Правда, чувства голода не было. Я словно насыщался чем-то другим. Духовной пищей? Быть может. Или пресловутой надеждой, которая пробудилась во мне с новой, ранее незнакомой силой.

— Пожалуйста, – прошептал я и начал читать предсказание.

Сначала вчитывался в каждое предложение, потом – только в словосочетания. Цеплялся за главное, выхватывал самую суть. И каждая строчка становилась раскаленным кинжалом, воткнутым в сердце.

«Удача недосягаема».

«Ваша жизнь полна страданий».

«Вы обречены на одинокую жизнь».

Со злостью смяв и отбросив листок, я вернулся к палочкам сиамси и до хруста сжал стаканчик. Сердце с каждой секундой колотилось все неистовее, словно желая проломить ребра.

— Стойте. – Рука монаха бережно легла мне на плечо. Я и не заметил, как он подошел. – Гадать следует только один раз. В крайнем случае – спустя какое-то время.

— Я не могу ждать, – мой голос походил на скрежет. – Не то положение.

— Но это против правил. Я не ручаюсь за слова, которые выпадут вам во второй раз. Сейчас палочки могут обмануть.

— Неважно! Мне нужна хоть какая-то надежда!

Монах молчал, а я, не оборачиваясь на него, продолжал сжимать стаканчик.

— Хорошо, – наконец сказал он. Тон его голоса изменился – стал тягучим и уставшим. – Однако перед гаданием очистите душу, расслабьтесь. Разочарование и гнев сбивают с пути.

Я вздохнул, пытаясь как можно четче воссоздать по памяти мир, в котором жил. Удача на кончиках пальцев. Успех во всем, к чему прикасаюсь. Счастье. Мир. Гармония.

— Готовы?

— Да.

— Тогда приступайте.

И снова храм наполнила мелодия, которую создавали тонкие деревянные палочки. Глухой звук. Номер десять. И снова – ватные ноги, учащенное сердцебиение.

«Вы словно в трансе».

«Вашу судьбу невозможно предсказать».

«Удача еще не пришла к вам, так что живите осторожно».

Я подошел к палочкам в третий раз. Монах ничего не сказал, но неодобрительно покачал головой. Пока я тряс стаканчик, он стоял рядом и наблюдал.

Номер двадцать восемь. «Ваша жизнь утомляет». «Ваша карма приносит вам трудности и препятствия».

Номер три. «Вы сталкиваетесь со множеством проблем». «Враги следят за вами». «У вас есть место для отдыха, но вы чувствуете себя несчастным».

Номер двадцать пять. «Где бы вы ни были, бедность и проблемы всегда с вами». «Вы будете становиться все более и более несчастным».

Сколько бы я ни гадал, ответ, казалось, не менялся. Палочки вторили одна другой: «Несчастье, несчастье, несчастье». Если среди строк, которые ранили сильнее всего, были те, что внушали надежду, я их не воспринимал всерьез, не запоминал. Садился за новое гадание, все еще прокручивая в голове предыдущее. Трудности, препятствия, бедность, проблемы, несчастья. Каждое слово – яд, каждая попытка – отчаяние.

— Всё. Хватит. Остановитесь. – Монах забрал стаканчик из моих обессиленных и уставших от постоянной тряски рук. Те затекли и стали холодными, почти ледяными. – Вы решили гадать до тех пор, пока не закончатся палочки, предсказывающие несчастья? Это работает не так. Вам не дано вытащить удачу.