Онлайн книга «Граф»
|
Когда возбуждение слегка улеглось, из толпы генералов послышался новый возглас: — Всё это, конечно, впечатляюще, но я не понимаю, как всё это связано с этими убогими мундирами? — А вот с этим мы сейчас с вами разберёмся вместе… Следующие полчаса ушли на то, чтобы бойцы Железнодорожного полка обучили присутствующих генералов первичным приёмам обращения с незнакомым оружием. После чего Даниил дал команду поднять мишени на дистанции две сотни шагов. Потому что для людей, освоивших военное дело во времена дульнозарядных ружей, вообще не имеющих никаких прицельных приспособлений, и для предупреждения повреждений глаз при выстреле из которых приходилось отворачивать лицо в сторону, прицельная стрельба на более дальней дистанции была практически невозможна. — Итак, перед вами две группы целей. В одной из них – мишени раскрашены в соответствии с принятыми сейчас канонами военной формы. В другой, как вы видите, – силуэты в цветах новой военной формы. Прошу вас, господа, ни в чём себе не отказывайте… Генералы стреляли много и азартно. Радостно вскрикивали при любом попадании, ругались при промахах, суетливо меняли барабаны, не брезгуя при проблемах по-простому обращаться к стоящим рядом солдатам, нетерпеливо разгоняли пороховой дым взмахами рук. Шестеро опалили усы, семь человек – бакенбарды… Итоговый результат оказался вполне наглядным. По ярким, выделяющимся на фоне прицельных приспособлений мишеням процент попаданий оказался лучшим на треть. — Как видите, господа, – подытожил светлейший князь Николаев-Уэлсли, – в случае прочих равных – одинаковое оружие, встречное столкновение, внезапность и так далее… – одно подразделение «сточится» на треть быстрее другого. Стоит ли пренебрегать этим знанием, цепляясь за привычные яркие расцветки, учитывая ещё и то, что старая форма обходится казне гораздо дороже новой, или следует оставить красивую форму для балов, парадов и дворцовых караулов, а сэкономленные средства пустить на что-то более важное, например на закупки подобных ружей, – он кивнул на Паскевича, продолжающего вертеть в руках револьверное ружьё, что-то вполголоса выясняя у стоящего рядом солдата, – решать вам. Я на этом умываю руки… В последний день недели свадебных торжеств Николай объявил два судьбоносных указа. В ознаменование свадьбы наследника, который-де за время своего кругосветного путешествия изрядно насмотрелся на народную жизнь и много «печаловался» императору о народе… Во-первых, император объявил о полной отмене «личной крепости» для всех сословий Российской империи, а вторым указом постановил, что каждая крестьянская семья по выходе из крепости должна быть обеспечена землёй из расчёта одной десятины на душу вне зависимости от пола и возраста. И ежели текущее состояние мерных запасов пригодной пашни в губернии проживания не позволяет этого – государство обязуется обеспечить крестьянам земли в иных губерниях, где это будет возможным. А в трёх регионах – в Сибири, на Дальнем Востоке и Калифорнии – данный норматив увеличивается в три раза! Не то чтобы эти указы произвели эффект разорвавшейся бомбы – вся логика действий последних лет подталкивала к тому, что готовится что-то подобное, но резонанс был сильный… А еще бóльшим он был в крестьянской среде! Отныне и как минимум до конца века государь император и его наследник стали для крестьян главными благодетелями. Особенно когда выяснилось, что оба указа реально исполняются… |