Онлайн книга «Аид. Любимец судьбы»
|
А может, сердится Гипнос, кто его знает: в сон вплелись волчьи глаза, гибнущая в своре кроновых тварей квадрига, мой игумен[26] Эпикур: «За Зевса! За Кронидов!» – ему первому перекусили горло… И вой, волчий вой в ушах. Да не просто в ушах, а рядом! Жутко, надрывно, под дверью! Действовал я в полусне, без раздумий. Привык за годы. Раз – не открывая глаз, схватить меч, лежащий на ложе слева (положил, не забыл все-таки!). Два – прыжком с кровати. Три – навстречу противнику, через комнату. Дверь на себя. Меч… — Аид, Аид, что ты делаешь?! Что я… Да ничего. Стою, понимаете ли, в коридоре. Держу за грудки противника – почему-то Деметру. Острие меча смотрит ей в горло. А она глядит на меня – с таким выражением, будто хочет сказать: «Ну, я всегда от него этого ждала». А вокруг – зареванные Гестия и Ата, Афродита златоволосая… что, тоже в слезах?! Пальцы я разжал от визга Деметры. Сестра сделала шаг назад, окинула меня взглядом с головы до ног и заорала повторно – громче. Что за… а, ну да. Выскочил в чем был, то есть ни в чем. Из коридора послышалось сперва раздумчивое «Хм» Аты, потом неуверенное «Бррр!» Афродиты. Гестия (тут только она не меняется!) задрала голову, посмотрела мне в глаза и спросила прямо: — Аид, ты зачем вот так? — Я говорила, что он меня ненавидит! – взвыла Деметра. – Что ты хотел со мной сделать?! Я взвесил в руке меч и буркнул: — Мечта всей жизни… Собрался было нырнуть в комнату, но Деметру властно оттерла с пути Фемида. — Его нет, Аид! — Что? Кого? — Мальчика! Гестия всхлипнула. Съехала по стене Ата, горестно завывая: теперь хоть понятно, кто под дверью выл… — Офиотавра? Во дворце? — На Олимпе. Вот и все. И сна нет: в голове ледяные штормы закручиваются, ветер воет, да нет, воет – это Ата, она еще и о стенку головой стучится, размеренно так – залюбуешься… — Сейчас. В доспех не успел все-таки облечься: Фемида чуть дверь не снесла своими пифосами, или как там Деметра выражается. А за ней остальные: ах, что я так долго вожусь? Ах, сколько можно сандалии натягивать? Ну, какой мне щит, какой шлем, мальчика нет, я что, не понимаю?! Плюнул, подпоясался чем-то наспех и выскочил в коридор, пока не вытолкали. Так и летел: без плаща, растрепанный со сна, зато при мече и в окружении толпы рыдающих богинь. — Обыскали все? — Все углы… несколько раз… я спрашивала своих дочерей – Ор, привратниц… они не видели… — То есть он не покидал Олимп. — Нет, он покинул Олимп, минуя их… Фемида еще держится, старается идти в ногу, остальные – вприпрыжку, Афродита вообще отстала, волосы поправить, и Ата со своими стенаниями где-то позади осталась. А дворец гудит. Да если бы дворец: Олимп гудит. В каждом строении суета, нимфочки бегают, хариты осматривают покои, заглядывают в каждую вазу и под каждое покрывало: а не завалялся ли там сын Геи? — А он не мог… через землю? Он же сын… — Он просто мальчик… просто смертный мальчик! У него нет никаких способностей! Что ж ты на меня орешь-то Деметра, будто я эти способности у мальчика украл? — Кроме одной, – тихо и строго поправила Фемида. – Он не выносит зла. Он совсем не выносит зла… Интересно, оплеухи маленький поганец выносит как – нормально? С десяток, как только найду, не меньше… Я сам не знал, куда мы шли. Наверное, и богини этого не знали: просто покорно петляли по коридорам за мной, а вокруг раздавались крики: «А на кухне смотрели?», «А в спальне у Афродиты?», «Мы нашли какого-то белого мальчика, не ваш?». Я просто двигался, потому что нужно было не стоять, а нестись куда-то, сыпать вопросами… |