Книга Сделка после развода. Исцелю тебя, генерал, страница 88 – Зена Тирс

Тогда они оба были моложе…

Да уж… Надо отдать должное, возраст не отнял у неё красоту.

Я безошибочно понимаю, кто передо мной.

Бывшая жена моего мужа.

Женщина останавливается в нескольких шагах.

Молчит.

Глядит только на Гаспара, словно меня рядом вовсе нет.

Гаспар тоже молчит.

Лицо его спокойное, непроницаемое. Только пальцы крепче сжимают подлокотник коляски.

— Здравствуй, Гаспар, — произносит она.

Голос у неё звучный, сильный.

— Здравствуй, Элизабет, — отвечает мой муж.

Без единой лишней эмоции.

Они смотрят друг другу в глаза. Несколько секунд тянется тишина, вязкая и напряжённая.

Потом Гаспар переводит взгляд на меня.

— Николь, это Элизабет. Моя бывшая жена. Элизабет, это Николь — моя супруга.

Он выделяет слово «бывшая» и понижает голос на последней фразе.

Я киваю.

— Рада познакомиться.

Обычная вежливость — и ничего больше.

Элизабет, наконец, смотрит на меня.

Она оценивающе обводит меня взглядом, затем уверенно поправляет перчатку.

— Добрый день.

Она произносит это так, словно я ей не соперница.

Словно она тут королева.

Элизабет снова смотрит на Гаспара.

И я вижу в её взгляде что-то такое, отчего на душе скребёт, — собственничество.

Она прожила с Гаспаром много лет — у них взрослый сын.

Она знает все привычки Гаспара: как он сердится, что любит, как улыбается по утрам. И его постельные предпочтения тоже знает. Как и он — её.

Да, он тоже её слишком хорошо знает.

Я с Гаспаром всего несколько месяцев — чаши весов не равны.

От этой мысли где-то глубоко внутри неприятно сжимается сердце.

— Я приехала поговорить, Гаспар, — произносит Элизабет.

Она коротко переводит взгляд на меня.

— Наедине.

— Тогда тебе придётся записаться на приём, Элизабет.

Голос Гаспара остаётся таким же спокойным.

— Сегодня мой день расписан.

Он даже не смотрит на неё.

Вместо этого поворачивается ко мне.

— Мы с женой собирались пообедать. Извини.

От этой простой фразы внутри становится теплее. Мрачное чувство отступает.

Гаспар берёт меня за руку и кивает.

— Идём, милая.

Элизабет резко шагает в сторону, перекрывая путь.

— Я хочу поговорить о нашем сыне, Гаспар, — говорит она резко. — Если не уделишь мне время сейчас, никогда не узнаешь, где он.

Мир будто на мгновение замирает.

Я вижу, как меняется лицо Гаспара.

И меня пронзает догадка.

Она знала.

Знала, что Калеб жив все эти годы — и молчала.

Гаспар сжимает челюсти.

Он тоже это понял.

— Что тебе известно, Элизабет? — резко произносит он.

Я чувствую, как напрягается его тело, как злость течёт по венам.

Осторожно кладу ладонь ему на плечо, поддерживая. Придавая спокойствия.

— Расскажу. Наедине, — повторяет она.

Он поднимает на меня взгляд. Вижу, что хочет пообщаться с бывшей. Но и меня оставить не может — обещал ведь обед.

А я знаю, что обедать он не сможет. И думать ни о чём больше — тоже.

Я набираю воздуха в грудь и тихо произношу.

— Иди, поговори.

Гаспар разворачивается к Элизабет.

— В мой кабинет.

Голос его звучит строго. Зло.

Они уходят.

Элизабет на прощание обводит меня победным взглядом.

Я смотрю им вслед.

Ничего у тебя не выйдет, Гаспар не будет плясать под твою дудку, — так и хочется сказать ей.

Когда они скрываются в глубине здания, внутри сжимается комок эмоций: ревность, злость.

Но я знаю, что Гаспар любит меня. И никогда не предаст.