Книга Сделка после развода. Исцелю тебя, генерал, страница 17 – Зена Тирс

Карета трогается.

Маршал откидывается на спинку сиденья и только потом снимает печать с конверта.

Почерк знакомый.

Уинстон.

Сол читает молча, губы чуть сжимаются.

«Этой ночью был убит Севидж. Его пытали.

Охотник вышел на охоту.

Что будем делать?»

Сол перечитывает.

Медленно.

Слово за словом.

Губы его дёргаются, словно в судороге.

Кайзер.

Севидж.

— Пора с этим кончать, пока не зашло далеко, — рычит он, внутри поднимается зверь.

Глава 16

Сол нервно дёргает губой, глядя на то, как Гаспар съезжает с помоста кареты.

Проход узкий для коляски, и Гаспар двигается медленно и осторожно. Вижу, как напряжены все его жилы.

Зрелище тяжёлое.

Инвалид — это приговор.

По нутру прокатывается болезненная волна — Гаспару никто не в силах помочь.

Мой муж лишь усмехается — коротко, хищно — и переводит взгляд на меня.

Цепкий. Уверенный. Непоколебимый.

Неторопливо спускается со ступеней крыльца, будто он здесь хозяин.

И движется прямо на меня.

— Ну, привет, Николь.

На Бекфорде безупречный мундир, эполеты сияют солнце, на руках — кожаные перчатки, и в пальцах лениво покачивается плеть.

Он улыбается.

И от этой улыбки внутри всё сжимается в тугой узел.

Нашёл. Настиг. Настоящий хищник.

«Вот и попалась, Николь. Тебе от меня не уйти», — говорит его взгляд.

Внутри поднимает холод.

Сначала сковывает пальцы. Потом плечи. Горло.

Я не двигаюсь.

Медленно возвращаю себе контроль.

Выпрямляю спину. Делаю ровный вдох и направляю спокойный взгляд на Сола.

— Здравствуй, Сол, — отвечаю я.

Он не увидит, как мне страшно.

И никто не увидит.

Когда между мной и мужем остаётся всего пара шагов, Гаспар вдруг выезжает вперёд.

Прямо между нами.

На своём кресле он полностью перекрывает путь — так, что обойти его значит замешкаться, потерять лицо.

Ломается картина, в которой Сол приходит, берёт своё и уходит победителем.

Возникает преграда.

У меня появился защитник.

Сол опускает взгляд. Медленно. Оценивает.

И его губы растягиваются шире.

— Ну надо же, — говорит он почти весело. — Какая встреча. Как ты поживаешь, дружище? Где ты встретил мою жену? — кивает на меня, как на вещицу.

«Дружище».

Значит, я не ошиблась.

Они знакомы. Их что-то связывает, что-то старое и неприятное.

Гаспар улыбается — спокойно, даже лениво.

И в этой спокойной улыбке слишком много от зверя.

— На дороге, ночью, — говорит он. — И она теперь — моя.

Заявляет твёрдо и непоколебимо.

Воздух между мужчинами густеет, становится тяжёлым, вязким.

Дышать сложнее.

— То есть ты забрал мою жену, Гаспар? — тянет Сол. — Ты? Серьёзно? И как же ты сумел? Я думал, у тебя ничего не работает.

Он кривится — брезгливо, с удовольствием.

Поигрывает плёткой и давит энергетикой — как отлично умеет это делать.

— Я. Забрал твою жену. Николь теперь принадлежит мне, — спокойно отвечает Гаспар. — Отойди, Сол. Не пугай мою женщину.

Сердце сбивается.

Он защищает.

И в то же время — присваивает. Жёстко, властно. Выгрызает меня у другого.

И меня это только сильнее пугает. Словно я добыча.

По лицу Бекфорда пробегает судорога. Это означает, что злость Сола достигла предела.

— Ты знаешь, что за это полагается, Гаспар? — тихо, с нажимом произносит Сол, резко ударяя плетью по ладони.

Гаспар улыбается шире.

Его глаза разгораются опасным тёмным свечением — словно он только этого и ждал.