Книга Дракон подождет до четверга, страница 72 – Ramule

Серый человек лениво поднял правую руку. На запястье под перчаткой тускло блеснул браслет — тонкое кольцо из темного металла, на котором двигались крошечные белые отметки.

Он коснулся браслета двумя пальцами. Тьма под капюшоном дрогнула. Браслет ярко вспыхнул, метки забегали и серый человек исчез. Никто даже не обратил на это внимания.

Через секунду он появился, но уже совсем в другом месте. Глаза быстро привыкли к свету и он привычным взглядом окинул спальню Грисиллы Принц.

Тяжелые шторы скрывали окна. В камине догорали угли, окрашивая стены мягкими красноватыми отблесками. На туалетном столике стояли раскрытые тюбики с косметикой, гребни, перчатки, несколько писем, перевязанных лентой, и маленькая серебряная шкатулка с зеркальной крышкой.

Грисилла спала на широкой кровати под темным покрывалом.

Даже во сне она выглядела так, будто знала, как лежит. Черные волосы рассыпались по подушке, голые смуглые плечи, верхние половинки грудей, губы чуть приоткрыты. Все это манило. Лишь выражение лица даже во сне оставалось все таким же высокомерным.

Несколько секунд он стоял неподвижно, разглядывая ее. Потом снял перчатку. Очень медленно. Положил ее на край туалетного столика рядом с раскрытым письмом, где знакомым почерком было выведено имя Каэра Равеннара.

Подошел к кровати, сел. Край матраса едва заметно прогнулся, но девушка не проснулась. Его рука скользнула под покрывало и двинулась вверх. Накрыла левую грудь, чуть сжала ее.

Девушка застонала. Его движение было неторопливым, почти ленивым, но в нем не было нежности. Скорее — право владельца, проверяющего, на месте ли принадлежащая ему вещь. Он передвинул руку на правую грудь и снова сжал, но уже сильнее.

Грисилла снова застонала, а потом открыла глаза. Они сразу вспыхнули от возбуждения и узнавания. Девушка чуть стянула покрывало, освобождая от ткани уже затвердевшие соски. Поерзала, устраиваясь удобнее.

Он усмехнулся, заметив, что она раздвинула ноги и чуть согнула их в коленях. Потянул руку снова вверх и зажал между пальцами твердый сосок. Грисилла от неожиданности выгнулась, застонала уже от боли.

Он потянул сильнее, доставляя ей уже сильную боль, зная, что ей так нравится. Она также любила боль, как он сам и это их объединяло.

Его холодная рука двинулась вниз, скользнула между ее ног, начала двигаться. Грисилла уже не сдерживалась.

— Ты пришел, — вытолкнула она из себя.

— А ты ждала? — Снова эта холодная насмешка.

— Я всегда тебя жду! — Почти закричала она.

Приподнялась на локтях и потянулась к нему. Тонкие пальцы скользнули по краю его капюшона, но он перехватил ее запястье прежде, чем она успела коснуться тьмы.

— Нет.

— Ты всегда так говоришь.

— Мы договаривались.

Грисилла недовольно изогнула губы, но не отстранилась.

— Когда я, наконец, увижу твое лицо?

Он тихо рассмеялся.

Смех был красивым. Низким, мягким, почти ласковым. Но от него почему-то становилось холодно.

— Всему свое время.

Грисилла хотела сказать что-то резкое, но он наклонился и поцеловал ее. Грубо, почти насильно.

Спор закончился сразу.

Она обвила его шею руками, жадно отвечая на поцелуй. Серый плащ упал на пол у кровати. Тьма под капюшоном склонилась ниже.

Его рука вновь скользнула под покрывало. Девушка вскрикнула, почувствовав его палец внутри и начала быстро расстегивать его камзол и рубашку, мечтая прикоснуться к прохладной коже.