Книга Дракон подождет до четверга, страница 122 – Ramule

Ана из последних сил подняла голову.

— Что ты с ним сделал?

— Я? Ничего. Драконицы бывают очень изобретательны, когда хотят вернуть мужчину.

— Грисилла — Ана почти застонала — вы с ней заодно.

— Она работает на себя. Такие люди особенно удобны.

Он приблизился.

— Обычные яды на драконов не действуют. Заклинания подчинения их кровь сжигает еще до того, как они успевают коснуться разума. Но если взять чешую самого дракона, добавить каплю слюны той женщины, чей запах он знает много лет, и заключить все в золото…

Коллекционер показал пальцами крошечный шар.

— Получается прекрасное зерно забвения. Защита принимает его за часть собственного тела. Оно входит через слух и начинает нашептывать нужную историю.

— Каэр избавится от него.

— Возможно. Когда-нибудь.

Он поднял часы и красная роза раскрылась.

— Но ты этого уже не увидишь.

Стрелки завертелись быстрее. Черные нити дернули Ану вперед. Боль пришла сразу.

Она началась в виске и прошла по всему телу, словно тысячи тонких крючков впились внутрь и потянули в разные стороны.

Ана закричала. Из ее груди вырвался серебристый свет. Тонкая нить потянулась к часам. Коллекционер замер от удовольствия.

— Да, — прошептал он. — Вот так.

Серебро заполняло циферблат. Красная роза становилась ярче.

Ана пыталась сопротивляться, но ноги больше не держали. Она упала на колени. Черные нити удерживали руки разведенными в стороны.

— Удивительное ощущение, правда? — спросил Коллекционер. — Сначала кажется, что уходит сила. Потом воспоминания становятся тусклее. Затем исчезают желания.

Он наклонился к ней.

— А потом тебе становится все равно, будет ли завтра.

Ана с трудом подняла голову.

— Ты… проиграешь.

— Кому?

— Мне.

Коллекционер рассмеялся.

— Ты даже стоять не можешь.

— И все равно… проиграешь.

Он сжал часы сильнее, и боль девушки стала невыносимой.

Белая прядь у виска поползла дальше, захватывая розовые волосы. Ана уже не могла кричать.

Каэр остановился посреди спальни. Он успел надеть только брюки. В одной руке держал рубашку, но вдруг забыл, что собирался делать.

Кольцо на пальце вспыхнуло и зеленый свет залил комнату.

— Что за…

Боль ударила в голову. Каэр выронил рубашку и схватился за виски. Перед глазами вдруг мелькнуло чужое лицо. Розовые волосы и серебряные серпы.

Улыбка, нежный поцелуй, потом все снова исчезло. Каэр пошатнулся.

— Да кто же ты?..

Кольцо обожгло палец и боль продолжалась усиливаться.

Теперь она шла не только из головы. Где-то далеко кричала женщина. Каэр не слышал голоса, но чувствовал ее ужас, слабость и мучение так, словно черные нити стягивали его собственное тело.

Он сделал шаг к двери, но его ноги подогнулись. Мужчина упал на колени. Вдруг в его голове что-то зашевелилось. Маленькое, но твердое.

Оно будто прокатилось глубже и снова зашептало. Грисилла. Тебе нужна Грисилла. Ты всегда хотел быть с ней. Другой женщины не существует. Каэр зарычал.

— Вон… из моей головы.

Шепот стал громче. Он ударил ладонью по виску. Не помогло. Тогда Каэр поднялся и с размаху ударился головой о стену. На штукатурке появилась трещина. Боль вспыхнула белым светом.

Он ударился снова. Что-то звякнуло внутри уха.

— Вон!

Третий удар оказался еще сильнее. По шее скользнуло что-то горячее. На пол упал крошечный золотой шарик. Он подпрыгнул один раз, второй, покатился по плитке.