Книга Дракон подождет до четверга, страница 10 – Ramule

Почему-то пахло воском и чем-то горьковато-пряным. Ана почувствовала, как заныли колено и бедро, но времени на это не было.

Ана осторожно села.

Комната была гостиничной — это она поняла почти сразу. Но гостиничной так, будто кто-то взял старый дореволюционный номер из дорогого отеля, смешал его с музеем, алхимической лавкой и театральной декорацией, а потом решил, что получилось недостаточно странно, и добавил магии.

У стены стояла высокая кровать с резными столбиками, укрытая темно-зеленым покрывалом. Над изголовьем висел балдахин из тяжелой ткани, на которой серебряными нитями были вышиты все те же три луны. У окна — круглый столик с тонкими ножками, два кресла с высокими спинками, медный чайник на подставке и несколько чашек из полупрозрачного фарфора. На стене — зеркало в потемневшей раме. Рама была вырезана в виде переплетенных ветвей, и листья на ней, кажется, шевелились.

Ана перестала на него смотреть.

На полу лежал толстый ковер. Но не обычный. Узор на нем медленно менялся: только что там был цветочный орнамент, а теперь — карта незнакомого города с рекой, мостами и башнями.

У двери стоял шкаф с бронзовыми ручками в виде птичьих когтей. На стене рядом с ним висела длинная тканевая лента с кистью на конце — то ли звонок, то ли украшение. Над письменным столом горел светильник — обычный стеклянный шар, внутри которого плавал зеленый огонек.

Ана осмотрела себя. Костюм все еще был на ней. На столе возле кровати стояли маленькие часы под стеклянным колпаком. Не часы Эль. Другие.

Эти были старинными, с тремя циферблатами, причем один был вообще без стрелок. Только маленькая серебристая Луна медленно передвигалась по кругу.

Ана поднялась и подошла к двери. За ней было тихо. Девушка двинулась к окну и на несколько секунд забыла, как дышать.

Там шумел и жил своей жизнью совершенно чужой город. Дома были из черного камня, украшенные узкими башенками. Балконы, фонари из зеленого стекла, яркие вывески, написанные незнакомыми буквами, но почему-то Ана могла с легкостью прочитать их все.

Между домами уходила вниз мощеная улица. По ней проехал экипаж без лошади: черный, блестящий, с двумя светящимися кристаллами спереди.

В глубине, над крышами, поднимались башни — много башен. Некоторые соединялись мостами. На одном мосту двигались маленькие человеческие фигурки. А выше, в сером небе, сквозь дождевые облака едва виднелись три луны.

Ана ухватилась за подоконник и на секунду закрыла глаза. Вдруг снизу донеслись голоса.

Сначала она не разобрала слов. Грубые интонации, резкий смех, какой-то удар — будто кто-то пнул деревянный ящик. Потом тонкий испуганный голос.

— Я все отдам… клянусь. Только не сейчас. У меня нет при себе…

— У тебя никогда нет при себе, — ответил другой голос, низкий и злой. — А вот у господина терпение кончилось.

Ана замерла. Она не знала этого языка. И все же понимала.

Вдруг Ану затопила ярость! Чужой мир и опять несправедливость, когда сильные легко могут обидеть слабых.

Не думая, девушка распахнула окно. Номер оказался на втором этаже. Под окном проходил узкий переулок, зажатый между гостиницей и соседним домом. Там, у стены, трое крупных мужчин окружили худого светловолосого парнишку в очках.

Парень был совсем не похож на героя. Тонкий, бледный, с растрепанными волосами и слишком большим портфелем, который он прижимал к груди. Очки сползли на нос. По лицу текла вода — дождь или слезы, издалека было не разобрать. Он дрожал так сильно, что Ана увидела это даже сверху.