Книга Муж стирал мне память. Жена орка по договору, страница 66 – Лилия Тимолаева

— Я не видел тебя.

— Леонард?

— Был рядом с тобой на следующей встрече.

Я упёрлась ладонями в край стола.

— Ты понял.

— Да.

— И ничего не сказал.

— Нет.

— Почему?

Ортан подошёл к противоположному краю стола, однако между нами оставалась широкая столешница.

— Потому что ты запретила.

Я подняла голову.

— Что?

— На третьей встрече ты заставила меня дать слово.

— Какое именно?

Ортан несколько секунд смотрел на меня, словно проверяя формулировку в памяти.

— Ты сказала: «Если однажды я снова приду к вам и не вспомню этих разговоров, не пытайтесь возвращать их мне силой. Не рассказывайте, что со мной происходило, только потому, что решите, что мне полезно знать. Если я сама вспомню хотя бы часть и спрошу вас прямо — тогда расскажите всё, что знаете».

Я не сразу нашла голос.

— Я сказала именно так?

— Почти дословно. Ты заставила меня повторить.

— Зачем?

— Потому что уже тогда боялась, что люди вокруг начнут принимать решения за тебя. Включая тех, кто захочет помочь.

Я отвернулась.

Это было невыносимо разумно.

И отвратительно.

— Значит, всё это время ты исполнял приказ женщины, которой больше нет.

— Она есть.

Я повернулась так быстро, что стул рядом задел моё бедро.

— Не говори мне так.

— Почему?

— Потому что я её не помню.

— Это не делает её другим человеком.

— Для тебя легко говорить. Ты разговаривал с ней.

— А ты прожила её жизнь.

— И кто из нас сейчас знает её лучше?

Ортан замолчал.

Я сразу пожалела о вопросе, потому что ответ был очевиден и ужасен.

Он подошёл бы слишком близко к тому, что делал Леонард: один мужчина решал, какая версия меня настоящая, второй хранил воспоминания о той, которой я сама не могла добраться.

Ортан первым отвёл взгляд.

— Ты права. Я знаю три разговора. Ты знаешь всё остальное, даже если часть закрыта от тебя.

— Не всё.

— Больше меня.

Несколько минут я ходила по кабинету, пытаясь уложить в голове новую правду. Два года назад я уже замечала провалы в памяти, искала защиту в орочьем законе и обращалась к Ортану. Леонард рассказывал, что тогда я собиралась встретиться с представителем западного дома, но до этой встречи так и не дошла. Теперь становилось понятно, откуда вообще появилась такая мысль: старые правила я обсуждала с человеком, который сейчас сидел напротив меня.

— Ты знал о западном доме?

— Да.

— Я рассказала?

— Спросила, какой род способен дать человеческой женщине защиту, не превращая её в имущество мужа. Я назвал три дома. Грейров среди них не было.

Это задело неожиданно.

— Почему?

— Тогда я ещё не был готов подписывать подобные договоры.

— А сейчас готов?

— Сейчас ты пришла не как женщина из чужой истории. Ты предложила мне конкретную сделку.

— Очень романтично.

— Мы уже выяснили, что с романтикой у меня плохо.

Я едва не улыбнулась и рассердилась на себя.

— Не уходи от темы.

— Не ухожу.

— Леонард сказал, что узнал о моей попытке встретиться с представителем западного дома раньше самой встречи. Ты знал, что я собиралась туда?

— Знал.

— Ты предупредил его?

Лицо Ортана стало жёстким.

— Нет.

— Кого-нибудь?

— Тоже нет.

— Тогда откуда он узнал?

— Не знаю. Я думал об этом два года.

— И не нашёл ответа?

— Нет.

Я изучала его лицо, пытаясь понять, верю ли.

Хотелось верить. Именно поэтому я заставила себя спросить:

— Докажешь?