Книга Без паники! или Влюбиться любой ценой, страница 20 – Любовь Фомина

Будильник разрывается. Последний из всех, что я поставила на утро! Так долго не удавалось уснуть, что я проворочалась пол ночи, а теперь расплачиваюсь за это. На скорую руку расчесываю ресницы черной тушью, накидываю одежду, лежащую на стуле и выскакиваю из подъезда заводить машину. И черт! Первая попытка — мимо. Вторая улетает туда же. Не заводится и все! Поддаваться эмоциям и начинать нервничать — не самое разумное в данной ситуации. Я выжидаю пару минут и вновь пробую. Раза с пятого машина наконец заводится. И я мчусь, рассекая полотно дороги. Быстрый разворот, в аккурат проезжающим навстречу машинам, обгон, поворот. Все мои предыдущие попытки осторожного вождения во дворах идут коту под хвост. Сегодня я настоящий гонщик, а мой соперник время. И я успеваю. По всем часам, по всем обстоятельствам и дорогам. Пока не выезжаю на злополучный перекресток, на котором и встреваю. Здесь образовывается серьезная пробка, которую никак нельзя было предугадать. Даже выезжая из дома раньше, я все равно бы здесь встала. И обхитрить саму жизнь не удалось.

Подъезжаю к работе я ровно в то время, когда должна была заступить. Хватаю сумку и выпрыгиваю из машины, бегу изо всех сил. А силуэт худощавой женщины виднеется на крыльце. Явно в ожидании меня.

— Доброе утро!

— Ну, пойдем, — пропевает она, оглядывая меня с ног до головы, и не здороваясь.

Дом внутри оказывается вполне приличным. Не сильно старый ремонт, несмотря на некоторую потертость стен и пожелтевшую краску, некогда белую. Ступеньки скрипят, возвещая о нашем приходе. Тот же час откуда-то выходят две уставшие женщины, продирая глаза. Волосы растрепаны, но в сочетании с темными кругами под глазами и растянутыми футболками поверх домашних штанов, непонятного кроя, все выглядит вполне гармонично.

— А это наши девочки. — Проводит женщина худой рукой впереди себя. — Пойдемте все на кухню. Здесь у нас есть все необходимое, — начинает она экскурсию с самой важной комнаты.

Здесь оказывается и холодильник, и микроволновка, и плита с полным комплектом кастрюль и сковородок, много чашек и столовых приборов. На стене возле столе висит новенький календарь, а на тумбочке кипит чайник.

Пока я осматриваюсь, заведующая выкладывает передо мной кипу бумаг, рассказывая, что и когда нужно заполнять. И я правда пытаюсь отложить в голове всю эту информацию. Но к этому еще раз придется вернуться позже.

— А может мы пойдем? — Недовольно перебивает одна из тех, чья вахта заканчивается.

— Да, а то устали за эти недели. Че стоим и стоим, отдохнуть уже хочется, поспать. — Поддерживает вторая, ставя руки по бокам.

— Конечно, девочки, можете идти, — ласково щебечет заведующая, — я сама все покажу.

Женщины кивают и след их простывает моментально. А меня тем временем проводят по остаткам комнат и заводят на второй этаж. Здесь оказываются детские комнаты и моя временная — воспитательская. И хотя в воспитатели я не нанималась, все больше выглядит так, будто меня обманули. И пока я осматриваюсь по сторонам, женщина просто уходит. И только где-то далеко звучит: «Завтрак в восемь». Она даже не напрягается быть услышанной! Понимаю, мои проблемы.

Время же сегодня беспощадно по отношению ко мне. До завтрака остается полчаса, а подъема еще не случилось. Набираю полную грудь воздуха и иду исправлять это упущение. Страшно. Очень страшно. К каждому ребенку я подхожу персонально и практически на ухо шепчу, что нужно вставать. Дом оживает. Десять детей всевозможных возрастов начинают бегать по второму этажу из комнат и ванные, и обратно.