Книга Ведьма. Треугольник судьбы, страница 99 – Любовь Фомина

— Я … был … чары …

— Оправдания для слабых, — иронично говорит ведьма и вновь дотрагивается до лица Кристиана, проводя пальцем по его щеке. — Знаешь, пора сдержать обещание. Не скрою, буду скучать по тебе.

— Беги, — пытается он крикнуть мне. Ведьма с недовольством поворачивается в мою сторону. Мы с Кристианом встречается глазами. Он медленно моргает и чуть приоткрывает рот. — Я люблю тебя. — произносит он на последних силах, и глаза его окончательно закрываются.

Слезы начинают течь по моим щекам.

Ванесса разочарованно вздыхает и делает еще надрез на его шее. Кровавый рисунок начинает источать синеватый свет. Ведьма замахивается и дает пощечину Кристиану, потерявшему сознание. Его голова лишь немного отклоняется от удара, но в сознание он не приходит.

— Тебе должно быть невыносимо больно! Слабак! — кричит ведьма, теряя рассудок. — Приди в себя!

Мои глаза невидяще, но со всей ненавистью устремляются на Ванессу. Я хочу верить в то, что Кристиан хотя бы сейчас не врет, и верю в это. И либо я помогу ему, как и всему миру, либо исчезну вместе с ним.

Мысли о будущем, которое у нас с Крисом возможно, мотивируют меня очнуться. Я должна дать отпор. Нужно показать Ванессе, что она не может победить. Я должна... Должна… ради Кристиана.

Собираю всю свою магию внутри в один большой комок. По венам начинает течь лава вместо крови, она бурлит и рвется наружу. Раздражение, злость, голод по возмездию и справедливости пульсируют в голове.

— Почему именно я?! — отвлекаю я Ванессу от последних штрихов над судьбой Кристиана. Но она не ведется на провокацию. Ментально я выбиваю нож из ее руки, чтобы переключить все ее внимание на себя, и повторяю вопрос. — Почему?! Я?!

— Мышка хочет правды, — неестественно мило говорит Ванесса. — Я скажу. Но Кристиан тогда упадет вниз, а мои собачки очень голодные.

— Почему я?! — вновь и вновь повторяю я свой вопрос, игнорируя все, что не является на него ответом. — Почему?! Почему я?! — слезы продолжают хлестать градом из глаз, и я практически теряю самообладание.

— Раз в несколько столетий может родиться универсальный маг. Здесь нас зовут более коротко — ведьмами. Не придумали красивого титула, знаешь ли, ведь боятся такой силы, которая подходит ко всем заклинаниям, амулетам, стихиям.

— Почему я?!

— Ты такая же, как я. Ты — универсальный маг. Ведьма. Но, видимо, сломанная. Или я тебя сломала при переселении частички своей души, — усмехается Ванесса. — Моя магия оказалась сильнее и подавила твою, так случается. А теперь, если не возражаешь, я закончу со своим любимым. Потом уделю тебе все свое внимание. Никуда не уходи, — с озорством хихикает она.

На этих словах ведьма отворачивается от меня и продолжает увлеченно творить из Кристиана нечто, словно он — глина.

Эмоции бушуют во мне. Да как так?! Кристиан — не ее игрушка. Он — мой, хочет он того или нет. Я не сломанная, вполне рабочая лошадка и настоящая, не придуманная. А Ванесса ведет себя так, словно она весь мир уже под себя подмяла. И такая ярость просыпается во мне, какой я никогда не испытывала.

Я дергаю рукой, и Кристиан выплывает из плена Ведьмы, подлетая ко мне. Магические цепи трещат и лопаются. Портал, к которому некоторые из них были прикреплены, закручивается в спираль и схлопывается, пламенем извергаясь на ведьму. Видимо, на прощание. Искры опаляют ей волосы. Новая ярость, а с ней и новые силы. Осматривая собак внизу, одновременно с этим мысленно дотрагиваюсь до каждой. И подобравшись к краю рычащей армии, распоряжаюсь всеми разом. Магические псы падают на землю, чары рассеиваются, вздымаясь вверх искрами и растворяются в пространстве.