Книга Ведьма. Треугольник судьбы, страница 93 – Любовь Фомина

— Ты все еще не продолжила тренироваться? — впереди звучит голос Кристиана, отбирая у меня только пойманное чувство спокойствия, не давая возможности вдоволь насладиться природой.

— Почему ты хочешь спасти этот мир? Ты же здесь тоже чужой, нелюбимый. Хочешь стать героем? Или, может, чувствуешь свою вину за происходящее? Или… спасение Ванессы — твой единственный мотив? — озвучиваю я свои мысли, слабо надеясь на ответ Кристиана. Но переключить все его внимание на другую тему сейчас необходимо, или же его опять понесет, и охотник будет еще долго приседать мне на уши с различными формулировками, объединенными одной мыслью — надо тренироваться.

— Так надо, — коротко отвечает он.

— Ну… раз надо, так надо. Хорошо. Но потом не жди от меня жертвенных действий, если они станут единственной возможностью спасения мира. — противоречу я сама себе, но пытаюсь хоть как-то вывести мужчину на более продолжительный диалог.

— Ага. — вполне ожидаемо, а главное, развернуто отвечает он.

Однако в который раз Кристиан показывает себя прекрасным собеседником, другом, душой компании и просто хорошим человеком. Он молча несется вперед, заставляя постоянно догонять его.

— Сейчас мы доберемся до тех деревьев, — показывает он рукой на гущу леса, — и оттуда я перенесу нас к Академии.

Но идем мы слишком долго. Расстояние до нужных деревьев кажется бесконечным. И наступает вечер. Еще какое-то время мы продолжаем путь, но, когда солнце совсем скрывается за линией леса, и нас начинает окутывать темнота, приходится остановиться и разбить лагерь. Ни о каких телепортациях речи уже не идет, либо же Кристиан вновь что-то скрывает от меня.

Охотник выкладывает из камней круг и разводит огонь самым традиционным способом. Видимо, насчет опасности использования магии он не соврал, хотя … благодаря мне… мы уже провалились, и опция «незаметно напасть» становится больше недоступна. Но охотник не говорит мне ни слова об этом. Он садится на влажную траву, еще не успевшую обсохнуть от тепла пламени, и протягивает мне кусок хлеба.

— Это все, что удалось забрать с собой, — пожимает он плечами и надкусывает свой ломоть. Я принимаю дар, пытаясь маленькими укусами продлить ужин и насытить желудок, растягивая время приема пищи. Тишина, воцарившаяся вокруг нас, кажется сейчас неправильной, неестественной. Не таким должен быть вечер, который может оказаться последним.

— Может быть ты хочешь рассказать о плане? Кажется, это самое удачное время. — робко начинаю я, уже готовясь к тому, как Кристиан начнет препираться. Но он сразу же поднимает голову, фиксируясь на мне взглядом, и начинает говорить.

— Ты — наш козырь. — раскрывает Кристиан, как мне кажется, самую важную деталь плана. — Ванесса до последнего не должна знать о том, что ты владеешь магией. Я буду тебя защищать, сколько могу. Но и ты должна понимать, что боль придется испытать. Не отвечай ей заклинанием. Не давай ни одного намека на то, что магия с тобой.

— Хорошо, я поняла. — заверяю я Кристиана. — Не переживай, я не выдам себя раньше времени. Главное, чтобы не…

— Ты не умрешь, — опережает охотник мои слова, перебивая и понимая, что хочу сказать. И скорее всего он делает это для того, чтобы я не сбежала ни сейчас, ни потом, а довела дело до конца. Моя жизнь его мало волнует, только тело, управляющее магией.