Книга Истинная для крылатого, страница 11 – Ингрида Пюли

— Ничего у вас не выйдет! — процедила через плечо.

А как бы поступила на её месте я? Вероятно, тихо бы удалилась. Когда в тебе больше нет надобности, выпрашивать любовь не стоит. Но в одном она права.

— Раз ничего не вышло, позвольте мне подняться к себе, — вздохнула я, даже не зная, огорчаться ли мне, что непонятное дело не выгорело. Обручение с драконом — это не свадьба, да и я не простила Рейнолда. Не могла просто так отринуть прошлое, хотя внутренний голос нашёптывал, что он не виноват, он не знал меня тогда, а его работа такова, что кому-то всегда будет больно.

И всё же это был мой дом.

— Погоди, у меня есть идея.

Я положилась на судьбу. В книгах, которые читала в родном доме, когда ещё моё будущее казалось безоблачным, невинные девы в переломный момент, всегда полагались на проведение: если ему угодно, то кто я такая, чтобы перечить узору судьбы!

В итоге получалось всё наилучшим образом.

Рейнолд оставил меня с поверенным, а сам умчался в ночь за свидетелями. Я пригласила господина Дагмара Локонса в столовую, велев Марте приготовить кофе — заморский напиток, бодрящий тело и дух. Ночь предстоит быть длинной, это драконы могут не спать несколько суток, а мы всего лишь слабые люди.

— Поздний ужин лучше, чем его отсутствие, — извиняющимся тоном произнесла я, вспомнив, что так любила говорить матушка. — Не робейте, я здесь тоже впервые.

Столовая оказалась чуть меньше гостиной. Со стены, облицованной серым камнем, хранящим тепло, смотрел парадный портрет супружеской четы: вероятно, это были родители Рейнолда. Отец уже в летах, в военной форме с голубой лентой, косо идущей через плечо, как символ королевской милости, и его молодая мать, одетая в тёмное вечернее платье, но по белизне коже обнажённых плеч, по ярким глазам, в которых застыл огонь, угадывалось, что она родилась драконицей.

Если бы не гость, я бы подошла ближе и с удовольствием разглядела портрет. Мать сидела в кресле, а отец стоял за её плечом, и его любовь угадывалась и в развороте тела, чуть наклонённого к супруге, и в руке, державшей её ладонь, и даже во взгляде, устремлённом на зрителя.

Разница в возрасте этой четы была значительной, и это не помешало им быть счастливыми. По крайней мере, художнику удалось передать гармонию, царившую между супругами.

Мои родители постоянно ссорились и мирились, а родители Рейнолда, нет, я сомневалась, что отец повышал голос на мать.

— Они трагически погибли в один день десять лет назад. Тогда вагон сошёл с рельсов, — пояснил Драгмар, севший за стол напротив меня, но заметивший, куда я смотрю — Драконьи пары живут долго, но если уж так случилось, что один умирает, другой редко живёт дольше года.

Ещё один повод не быть истинной парой дракона, но, кажется, у меня уже и выбора нет. И даже не знаю, сильно ли меня это огорчает.

— Нам с Рейнолдом повезло, что вы приезжали с госпожой Исильдой.

— На самом деле мой приезд неслучаен. Господин Рейнолд просил меня собрать документы о родственниках вашей матери, теперь есть официальные свидетельства, что одним из ваших предков был дракон. Побочная ветвь, так сказать. И, возможно, есть кое-кто ещё.

— И что это даёт?

Я улыбалась и была любезна. Служанки подали на стол буженину из оленины с запечённым картофелем, салат из свежих овощей и сырные тарелки к красному вину. Поверенный Рейнолда ел с аппетитом, я лишь немного пригубила вина.