Книга Попаданка в тело уборщицы. Хозяйка дворцовых тайн, страница 81 – Виолетта Вейл

Я бы даже восхитилась, если бы не была в бешенстве.

— Ложь, — сказала я раньше, чем успела подумать.

Все посмотрели на меня.

Вот она. Та самая точка, где можно снова стать удобной и замолчать. Или выйти из тени окончательно. Я успела увидеть это ясно. И всё равно выбрала.

— Они закрыли дверь, — произнесла я, глядя не на Бренну даже, а прямо в лицо молодому канцелярскому. — Спрашивали меня о Дане, Феле и о той ночи в западном крыле. А на полу у них был состав, которым глушат память.

Тишина упала так резко, что даже пыль словно зависла в воздухе.

Бренна медленно перевела взгляд на разбитую бутылку, потом на канцелярских.

— Это правда? — спросила она.

Молодой чуть улыбнулся.

— Разумеется, нет. Девушка ударилась головой сильнее, чем предполагалось. Вы сами видите, в каком она состоянии.

И снова всё было почти идеально. Почти. Если бы не одно «предполагалось».

Я увидела, как дрогнули пальцы Торы на связке ключей. Как сузились глаза Бренны. Как стражник у двери перевёл взгляд с меня на канцелярских уже без прежней пустой покорности.

Они тоже это услышали.

Молодой, кажется, понял ошибку в ту же секунду. Но было поздно.

И именно тогда в коридоре за спинами остальных раздался ровный, ледяной голос:

— Кажется, мне стоит продолжить этот разговор вместо вас.

Кайрен.

Он вошёл не торопясь, как человек, который с самого начала знал, что успеет. Взгляд скользнул по комнате, по мне, по бутылке, по обломку медальона на столе — и сразу стал жёстче.

— Всем выйти, — сказал он.

Никто не двинулся.

— Кроме них, — добавил Кайрен, глядя на двух канцелярских. — Им, полагаю, уже поздно делать вид, что они здесь случайно.

Я всё ещё держала медную подставку в руках, и только теперь почувствовала, как сильно дрожат пальцы. Ловушка захлопнулась. Но не на мне.

Не в этот раз.

Ловушка захлопнулась. Но не на мне.

Не в этот раз.

В архиве стало так тихо, что слышно было, как с разбитого стекла на пол медленно стекают последние капли мутного состава. Я всё ещё держала в руке медную подставку, будто только она и удерживала меня в вертикальном положении. Канцелярские застыли. Молодой — с той самой почти безупречной маской на лице, под которой уже трещала злость. Второй — постарше, в чёрном, с тяжёлым взглядом человека, привыкшего считать, что ситуации решаются раньше, чем успевают стать публичными. Бренна стояла у двери прямая, как нож, Тора рядом с ней сжимала ключи так, словно была готова вцепиться ими в любого, кто дёрнется не туда. А Кайрен просто вошёл в эту тесную комнату, и всё сразу сместилось вокруг него, как бывает, когда в разговор вдруг приходит тот, кто привык определять, где у остальных конец терпения.

— Всем выйти, — повторил он ровно.

На этот раз спорить никто не стал. Бренна посмотрела на меня, и в её взгляде мелькнуло нечто короткое, тяжёлое, почти матерное по смыслу: позже. Потом она молча развернулась, вытолкнула Тору и двух слуг наружу, стражник шагнул за ними. Дверь закрылась. В архиве остались только я, Кайрен и двое канцелярских. Разбитое стекло. Бумаги на полу. И запах травяного состава, который уже не спрятать было никакой вежливостью.

— Подставку опусти, — сказал Кайрен, не глядя на меня.

Я медленно положила её на край стола. Ладони дрожали так, что пришлось стиснуть пальцы в кулак, чтобы это не бросалось в глаза слишком явно. Адреналин ещё не схлынул. Внутри всё колотилось — злость, страх, облегчение, ярость от собственного риска и почти животное желание ещё раз разбить что-нибудь тяжёлое о чужую самоуверенность.