Книга Попаданка в тело уборщицы. Хозяйка дворцовых тайн, страница 52 – Виолетта Вейл

Совсем чуть-чуть. Но дрогнула. Серебристая нить в прошивке будто ожила на миг, а в воде рядом проступил тонкий тёмный след, словно из ткани вытекала не краска, а память о чём-то. Я втянула воздух. «Здесь вели кого-то через ход, — сказала я. — Не один раз. И не просто проходили. Ткань касалась стены и пола там, где было много старого остатка. Она напиталась. Но главное не это». «А что?» — «Тот, кто шёл первым, носил защиту. Не обычную. Личную. Старую. Поэтому след не въелся до конца. А тот, кого вели следом, был почти пустой. Как будто ослабленный. Или после вмешательства». Кайрен выпрямился. «После какого вмешательства?» Я подняла на него взгляд. «После попытки переноса».

Слово повисло между нами слишком отчётливо. Он не шелохнулся. Только лицо стало резче. «Откуда?» Я сглотнула. «Ночью мне снилась память Мары. Не сон. Память. Чёрная чаша, женщина с медальоном, мужчина с пустым лицом, слова о втором сосуде и о том, что перенос может не удержаться. И ещё… туда кто-то ворвался. Мужчина. Высокий. Тёмные волосы. Я не видела лица ясно. Но он сорвал ритуал. Чаша треснула». Тишина стала очень плотной. «И ты решила сказать мне об этом только сейчас?» — спросил Кайрен тихо. В его голосе не было злости. Это оказалось хуже. «Потому что сначала хотела понять, не схожу ли с ума окончательно». «И как?» — «Пока не похоже».

Он медленно выдохнул и провёл рукой по лицу — короткий жест усталости, который я у него почти не видела. «Продолжай». Я рассказала всё. Про слова женщины. Про медальон со знаком. Про отколовшийся кусок металла. Про то, как Мара уже пыталась связывать следы, и именно поэтому её решили стирать глубже. Пока я говорила, Кайрен не перебивал. Только один раз подошёл к столу и взял ту самую нитку с бусиной, которую я достала из кармана и положила рядом. Поднёс ближе к свету, провёл ногтем по неровному краю и очень тихо произнёс: «Это действительно не бусина. Это фиксатор внутренней петли медальона». Я уставилась на него. «Значит...» — «Значит, твоя догадка верна. И ты всё это время носила в кармане часть вещи, из-за которой Мару пытались сломать».

Холод пробежал по спине медленно и отчётливо. «Это важно?» — спросила я. «Это смертельно важно». Я невольно стиснула край стола. «Тогда почему вы не выглядите удивлённым?» — «Потому что после всего, что произошло за последние дни, удивление было бы роскошью». Он положил обломок рядом с тканью, солью и чашей с тёмной водой. Потом посмотрел на меня. «Ты понимаешь, что только что сделала?» — «Смешала пепел, ткань и воду?» — «Нет. Ты восстановила след через состав. Не просто почувствовала его. Восстановила. Это уже не обрывочный дар. Это ремесло». Я молчала. Потому что именно это и пугало больше всего. Пока всё казалось случайными вспышками, можно было думать, что я просто неудачно попала в чужую беду. Но если во мне действительно просыпается то, чему учила Бресса Мару, всё менялось. Я становилась не просто свидетелем. Инструментом. Игроком. Опасностью.

«Я не уверена, что хочу это уметь», — сказала я наконец. Кайрен ответил не сразу. «Во дворце редко спрашивают, чего ты хочешь. Обычно решают, на что ты годишься». «Утешили». «Я и не пытался». Он сделал ещё шаг ближе и опёрся ладонью о край стола. Между нами теперь оставалось совсем немного пространства — слишком мало для спокойствия и слишком много для чего-то другого, чему здесь точно не было места. «Но есть и хорошая новость», — произнёс он. «Какая именно?» — «Теперь я знаю, что ты не просто случайно видишь следы. А значит, могу перестать гадать и начать работать». «Звучит так, будто хорошая новость только для вас». «Для тебя тоже. Чем лучше ты понимаешь собственный дар, тем меньше шансов, что он сожрёт тебя раньше, чем враги».