Книга Попаданка в тело уборщицы. Хозяйка дворцовых тайн, страница 31 – Виолетта Вейл

— Вы часто водите сюда уборщиц? — спросила я тихо, когда мы свернули в особенно узкий проход.

— Только тех, кто пережил достаточно неудачных совпадений, — бросил Кайрен, не замедляя шага.

— Тогда мне определённо везёт.

— Я бы назвал это иначе.

— Не сомневаюсь.

Он ничего не ответил, но мне показалось, что в тишине мелькнуло что-то вроде очень короткого, сухого одобрения. Или мне уже начинало мерещиться.

Коридор закончился низкой аркой, за которой открылась круглая площадка с тремя проходами. Здесь светильников не было вовсе — только холодное голубоватое сияние шло от тонких линий, врезанных в камень по краю пола. Я остановилась невольно. Знак. Тот же холод, тот же привкус железа на языке, который я уже научилась узнавать прежде, чем успевала подумать.

— Чувствуешь? — спросил Кайрен.

Я посмотрела на него.

— Да.

— Что именно?

— Остаток магии. Старой. И… будто кто-то пытался её запечатать, но не до конца.

Он кивнул, и от этого простого движения у меня внутри всё напряглось ещё сильнее. Значит, я угадала. Или, хуже того, сказала именно то, что он ожидал услышать.

— Сюда, — велел Кайрен.

Мы выбрали левый проход. Он вёл вниз под небольшим уклоном, и с каждым шагом становилось холоднее. Шаль на плечах перестала казаться ненужной роскошью. Через несколько минут стены начали меняться: светлый дворцовый камень остался позади, теперь нас окружала старая кладка, грубая, тёмная, местами со следами древних трещин. На некоторых участках я замечала затёртые символы, будто кто-то когда-то старательно соскребал их, но не смог убрать всё до конца.

— Что это за место? — спросила я.

— То, о существовании чего при дворе предпочитают не вспоминать, — ответил Кайрен. — Старый нижний уровень. Когда-то здесь были хранилища, мастерские, ритуальные комнаты. Потом часть закрыли. Часть затопили. Часть официально никогда не существовала.

— Очень уютно.

— Тебе ещё не понравилась самая неприятная часть.

— Спасибо, теперь я спокойна.

Мы остановились у низкой железной двери без ручки. В обычной части дворца такую бы спрятали хотя бы за гобеленом. Здесь же она была просто вмурована в камень, как шрам. Кайрен достал из внутреннего кармана тонкий ключ и вставил в едва заметную щель. Дверь открылась без скрипа.

Комната за ней оказалась маленькой, почти пустой, с одним длинным столом, двумя стульями и ещё одной дверью напротив. Но главное было не это. Вся дальняя стена была занята старым зеркалом.

Оно было выше человеческого роста, в потемневшей серебряной раме, потёртой по краям, с тёмными разводами на стекле, как будто что-то годами проступало с обратной стороны и каждый раз его безуспешно пытались стереть. И от него тянуло тем самым холодом, от которого кожа на руках покрывалась мурашками.

Я остановилась у порога.

— Это та самая галерея? — спросила я.

— Нет. То, что от неё осталось до перестройки верхних этажей. — Кайрен закрыл за нами дверь. — Садись.

Я медленно опустилась на стул, не сводя глаз с зеркала.

— И что теперь?

— Теперь ты расскажешь мне всё, что почувствуешь, когда я сниму первую печать. А я решу, насколько сильно ты мне усложнила жизнь.

— Поразительно тёплая манера сотрудничества.

Он не удостоил эту реплику ответом. Подошёл к зеркалу, провёл пальцами вдоль края рамы, нажал на один из потемневших узоров, и по стеклу пробежала еле заметная рябь. Не свет, не вспышка — просто движение, как по воде, если её тронуть ногтем.