Книга Развод с Некромантом: Верни Моё Сердце!, страница 164 – Виктория Северина

Рейвен протянул обе руки.

— Не двигайтесь, — сказал он.

— Кому? — спросил Адриан.

— Всем.

Мирель едва успела понять, что это не шутка, когда пальцы Рейвена сомкнулись на светящейся дуге.

Усыпальница взорвалась болью.

Мирель закричала.

Не потому, что что-то резало тело. Напротив, ощущение шло изнутри, словно грудь разом вспомнила все годы без настоящего сердца и теперь не могла понять, как должна биться. Тень под рёбрами сорвалась с ритма, несколько раз тяжело ударила и начала распадаться. Мирель почувствовала это почти физически: холодная магическая оболочка трескалась, уходила из сосудов, из дыхания, из мышц.

Адриан напротив упал на одно колено.

— Не сопротивляйся! — резко сказал Рейвен.

— Я не… — Адриан не договорил.

Из его рта пошла кровь.

Эстель вскрикнула.

Мирель дёрнулась к нему, но Рейвен рявкнул: — Стоять!

Это остановило.

Не приказ палача.

Понимание, что сейчас любое движение может сломать круг.

Адриан вытер кровь ладонью. На лице появилось изумление, будто он впервые почувствовал, что именно возвращается. — Это ещё не смерти, — сказал он хрипло.

Рейвен смотрел на серебро. — Нет. Пока только сама связь.

— Тогда что…

Вторая нить лопнула.

Рейвен отшатнулся.

На его груди сразу появилась длинная рана — не такая, как раньше, а глубокая, будто невидимый клинок прошёл от плеча через грудь и остановился почти у рёбер. Кровь хлынула мгновенно. Лина закричала, Лианна выругалась, а Мирель почувствовала, как ужас за него едва не заставляет выйти из круга.

Рейвен сам поднял голову.

— Я жив, — сказал он.

— Это не ответ! — Мирель сорвалась почти на крик.

Уголок его рта дрогнул, хотя лицо уже стало серым. — Очень даже.

Он прижал ладонь к груди. Кровь проступала между пальцами.

— Рейвен, остановись.

Вот теперь сказала она.

Не потому, что хотела сохранить сердце в ковчеге.

Потому что увидела, сколько он уже заплатил.

Рейвен посмотрел прямо.

— Не вы решаете, какой риск я готов принять.

Мирель закрыла глаза на секунду.

Ненавистная фраза.

Правильная.

— Но если скажешь, что не можешь…

— Скажу.

— Честно.

— Да.

Он перевёл дыхание.

— Пока могу.

Она кивнула.

Адриан наблюдал за ними, и в его лице мелькнуло что-то странное. Не ревность. Скорее понимание того, насколько иначе выглядит связь, где человек может сказать «остановись», а другой вправе ответить «нет».

— Третья нить, — произнёс Рейвен. — После неё сердце пойдёт к Мирель. А накопленное — к вам.

Адриан медленно поднялся с колена.

— Сколько времени?

— Не знаю.

— До смерти.

Рейвен молчал несколько секунд. — Не знаю.

Адриан усмехнулся. — Наконец-то стабильность.

Мирель почувствовала слёзы.

Даже сейчас он мог так.

Знакомый человек.

Её муж.

Почти бывший.

— Адриан, — сказала она.

Он посмотрел.

— Если хочешь выйти…

— Поздно?

— Рейвен?

Палач ответил: — До разрыва третьей нити можно сорвать процесс, но для Мирель это опаснее, чем раньше.

Адриан закрыл глаза.

— Значит, уже нет.

— Это не значит…

— Я знаю.

Он открыл глаза и посмотрел на Мирель.

— Давай закончим.

Слова прозвучали тихо.

Просто.

Мирель почувствовала, как внутри всё сжалось.

Рейвен снова поднял руки.

Третья нить оказалась самой толстой. Она шла не между телами, а от ковчега к груди Адриана, затем возвращалась к Мирель, образуя замкнутый круг. По ней текло что-то тёмное, почти чёрное, и даже Эстель отступила на шаг.