Книга Сестра Солнца, страница 62 – Юдит Готье

— Хочешь идти со мной на войну? – спросил он вдруг.

— О господин! – вскричал Лоо, всплеснув руками. – Умоляю тебя, возьми меня; я гибче змеи, проворнее кошки; я могу всюду прокрасться; ты увидишь, как я буду полезен. Кроме того, как только я струшу, ты можешь отрубить мне голову.

— Решено! – сказал принц, улыбаясь. – Пойди надень простое, темное платье и будь готов следовать за мной. Ты мне понадобишься сегодня же вечером.

Нагато пошел к себе в комнату, а Лоо, вне себя от радости, побежал вприпрыжку. Принц собирался ударить в колокол, чтобы созвать своих слуг, как вдруг ему показалось, что пол слабо скрипнул. Он нагнулся и прислушался. Шум повторился яснее. Нагато пошел задвинуть ширмы вокруг комнаты, затем вернулся к тому месту пола, где слышался шум. Он поднял циновку и нащупал деревянную кнопку, которую нажал пальцем. Часть пола раздвинулась и открыла лестницу, терявшуюся в темноте. Какой-то человек всходил на последние ступеньки этой лестницы и вошел в комнату. При первом взгляде этот человек был похож на Нагато. Он был как бы грубый слепок с изящной статуи, которую представлял собой принц.

— Как у тебя дела, мой бедный Садо? – спросил принц. – А я-то совсем о тебе позабыл.

— Я женился, я счастлив, – сказал Садо.

— Ах да, помню! История принцев, переодетых слепцами, и похищения целой семьи! Ты умен, это приключение долго занимало праздных людей. Но чего ты хочешь от меня? Тебе не хватает денег?

— Господин, я пришел тебе сказать, что стыжусь вести такую жизнь.

— Как? Разве ты забыл наши условия?

— Нет, господин, я ничего не забыл. Я был преступник, которого хотели обезглавить и которого ты помиловал, потому что твой знаменитый отец, увидев меня, воскликнул: «Этот человек похож на тебя, Ивакура!»

— Я простил тебя также и потому, что твоя вина была ничтожна: ты отомстил за обиду, убив врага, вот и все. Но на каких условиях я помиловал тебя?

— Слепо тебе повиноваться и быть преданным до конца дней. Об этом-то я и хочу напомнить тебе сегодня.

— Как?

— До конца дней… – повторил Садо, делая ударение на каждом слове.

— Ну что же! Ведь ты еще жив и не освободился от своей клятвы.

— Господин! – сказал Садо строгим голосом. – Я благородного происхождения; мои предки были вассалами твоих предков, и до того дня, когда гнев довел меня до преступления, ни одно пятно не омрачало блеска нашего имени. Ты спас меня от смерти, и, вместо того чтобы заставить меня искупить вину тяжелой жизнью, которая подняла бы меня в моих глазах, ты сделал из моего существования беспрерывный праздник. Я совершал твоим именем тысячу глупостей; я жил, допустив безумную роскошь; я наслаждался жизнью, богатством, почестями, как всемогущий принц!

— Ну что ж! Ты оказывал мне услугу, исполняя мои приказания, вот и все. Твое сходство со мной помогало мне обманывать моих врагов и дурачить их шпионов.

— Теперь ты прогнал своих врагов, – продолжал Садо, – и моя роль молодого безумца кончена; но подумай, господин, как я могу быть тебе полезен в начинающейся войне? Благодаря искусно составленным белилам мне удалось сделать из моего лица довольно верное подобие твоего; я привык подражать твоему голосу, твоей походке, многие из твоих друзей знают только меня; для них я настоящий принц Нагато. Какая выгода в битве иметь двойника! Я буду привлекать врага в одном месте, а ты будешь действовать в другом. Будут думать, что ты здесь, а ты будешь там. Я хорошо исполнил свою роль, когда надо было представляться беспутным и сорить золотом; я исполню ее еще лучше, когда потребуется быть храбрым и проливать за тебя мою кровь.