Книга При дворе Медичи, страница 7 – Карл Берков

Пьетро Медичи, сын Козимо Старшего, застал расцвет искусств, науки, торговли, ремесел, когда в 1464 году стал во главе республики. Из двух сыновей Пьетро, рожденных от брака с Лукрецией Торнабуони, Джулиано отличался внешними качествами, тогда как ум и проницательность достались на долю Лоренцо. Еще в ранней молодости он проявлял железное упорство в достижении целей, замечательную осторожность, с которой избегал случайных преград, и несвойственную его летам способность подчинять благоразумию собственные желания.

Была весна 1468 года. Защищенный шелковыми одеялами от сырого вечернего воздуха, больной подагрой Пьетро Медичи сидел в удобном кресле с письмом в руках. Он внимательно читал, когда в комнату вошел его сын Лоренцо. Юноша с почтительным поклоном приблизился к отцу и остановился недалеко от его кресла, ожидая, чтобы тот заговорил первым.

— Я позвал тебя, Лоренцо, – начал Пьетро после некоторого колебания, – чтобы передать тебе содержание письма, которое привез мне сегодня посол от твоей матери из Рима. Ты помнишь, конечно, что заставило донну Лукрецию ехать в дом твоего дяди?

Серьезное лицо девятнадцатилетнего юноши покрылось легким румянцем.

— Помню, – тихо произнес он.

Отцу, по-видимому, не понравился его сдержанный ответ.

— Твоя мать и я, – продолжал он, возвысив голос, – находим, что тебе пора вступить в достойный и выгодный для тебя и всего нашего дома брак. Донна Лукреция предприняла это тяжелое и опасное путешествие, чтобы сделать предложение невесте, которая, по мнению дяди, самая подходящая из всех римских девиц. Это Кларисса Орсини, дочь Якопо, владетеля Монтеротондо^[10], замечательно красивая и обладающая всеми достоинствами девушка. Согласен ли ты на брак с избранною твоими родителями невестой?

— Вы приказали, отец, и я повинуюсь вам и матери, как повелевает мой сыновний долг, – по-прежнему невозмутимо ответил Лоренцо.

— Ты уже видел, правда мельком, эту девушку, когда в прошлом году я посылал тебя в Неаполь приветствовать от моего имени короля. Недавно еще ты говорил, что она тебе понравилась.

— Я не отрицаю, Кларисса Орсини показалась мне красивой, хорошо воспитанной девушкой, способной осчастливить того, чьею женой она будет.

Пьетро недовольно покачал головой.

— Тем не менее известие, что наше предложение принято ее родителями, тебя не обрадовало? – заметил он.

— Простите, отец, – заговорил немного живее Лоренцо, – я проникнут благодарностью к вам и донне Лукреции за ваши заботы о моем счастье, но меня смущает мысль: не может ли родство нашего дома с иноземным родом вызвать недовольство в наших согражданах? Не могут ли нас упрекнуть в том, что мы слишком высоко стремимся, желая породниться с одной из первых римских фамилий?

— Предоставь это мне. Мы достаточно прочно стоим, чтобы не бояться в подобных делах суждений наших граждан. Родство с домом Орсини доставит нам выгоды, которые перевешивают завистливое раздражение некоторых недовольных. Члены этого семейства пользуются расположением святейшего отца; тебе известно, что два дяди Клариссы возведены в кардинальское достоинство. Богатство Орсини велико и, без сомнения, еще увеличится. Родные невесты польщены твоим предложением. Ты имеешь полное основание радоваться выбору твоих родителей.