Книга Сеть Гефеста, страница 99 – Александр Андрюхин

Долгов послал телефонограмму с просьбой сообщить сведения о его семье. Домашний адрес узнали, о семье сообщили. У него жена и двенадцатилетний сын. Но с женой он развелся полтора года назад и уехал из Ростова. Куда? Неизвестно.

— Вот оно как! Просто концы в воду. Хоть в федеральный розыск объявляй, – посетовал следователь.

— А это мысль! – поддержал опер.

— Рано! – покачал головой Долгов. – Давай, оформляйся в командировку в Ростов. Поговори с его с женой. Пусть расскажет о бывшем муже все. Первым делом поинтересуйся, где он может быть? Хотя бы приблизительно. Выведай о его пристрастиях, привычках, друзьях. Узнай, почему разошлись? Ну и так, по мелочам. А главное узнай, есть ли у него белая «девятка»? Потом пороешься в Ростовском архиве. Посмотришь, не случались ли похожие убийства в Ростове. Ведь это какое терпение нужно иметь, чтобы втащить невменяемую женщину на двадцать второй этаж для того, чтобы сбросить вниз.

Через два дня оперуполномоченный вернулся в Москву. По его кислому виду Алексей Петрович понял, что ничего из ряда вон выходящего о фигуранте узнать не удалось.

— Жена не знает, куда он уехал, – развел руками опер. – Даже приблизительно сказать не может. Родственники у него все в Ростове, так что хрен его знает! Белой «девятки» у них нет и никогда не было. Есть «рено». Но авто при разводе досталось жене.

— Из-за чего развелись? – спросил Долгов.

— Жена сказала, что не сошлись характерами. Но по тому, каким тоном она это сказала, я понял, что он ее чем-то сильно достал.

— Чем? Пил, дрался?

— Нет! Он не особо пьющий. Выпивал как все, по праздникам. А так не злоупотреблял. Дубинин, по ее словам, был занудой. Вечно скулил, жаловался. Словом, нуждался в том, чтобы его постоянно жалели. Так я понял. Его сентиментальность выбешивала жену, потому что на вид он здоровее Самсона. Одной левой свалит быка. А по натуре как инфантильная троечница седьмого класса. Да! Вот что интересно: у него всегда были проблемы с друзьями. Он без конца вспоминал какого-то приятеля, иногда даже со слезами на глазах. Этот друг якобы погиб, но оставил в память о себе фотоаппарат. Однажды сын взял его поиграть, так отец его чуть не убил.

— Понятно, толераст, – вздохнул следователь.

— Нет, Алексей Петрович. Я спрашивал жену. Она уверяет, что у него нормальная ориентация. В последние полгода их семейной жизни у него появился новый друг. Он говорил жене, что бог послал его взамен старому. Жену это так достало, что она указала ему на дверь. Ну какая баба потерпит, если муж ставит друзей выше семьи.

— Значит, они разошлись из-за друга?

— Почему? Не только из-за друга. Я спрашивал у нее. Она заявила, что нет. А из-за чего конкретно, не сказала. Видимо, сама не знает. Ответила неопределенно, типа, что не могли уже друг друга выносить.

— Вот ведь как запутанно, – скептично скривился Долгов. – А друг тоже исчез?

— Этого она не знает.

— А как фамилия друга? Где живет, чем занимается?

— Тоже не знает. Единственно, что ей известно, что его зовут Дмитрием и что он был осужден за кражу.

— Так-так-так! Уже теплее, – потер руки следователь. – Ну а какой он из себя?

— По ее словам, такой же мордатый и пузатый, только еще противнее, чем муж, и на полголовы ниже. А так – близнецы-братья.