Книга Сеть Гефеста, страница 61 – Александр Андрюхин

— Мы с мужем, – равнодушно ответила женщина. – Но его сейчас нет дома.

— Вы здесь прописаны? – подозрительно сощурился опер.

— Кто же нас здесь пропишет? – нехотя ответила женщина, едва сдерживая зевоту. – Квартиру снимаем.

— Можно взглянуть на ваши паспорта?

Женщина показала свой паспорт. Она оказалась жительницей Ростова. По поводу паспорта мужа, которого в процессе разговора дважды назвала сожителем, сказала, что понятия не имеет, где он его прячет. Однако заверила, что у него с пропиской все нормально.

Вот в эту минуту Степанову и померещилось, что на кухне звякнули посудой. «Ах, все-таки дома? – злорадно мелькнуло в голове. – Это наводило на определенные мысли. Ведь если совесть чиста, зачем скрывать, что дома?»

Степанов и глазом не повел. Наоборот, расплылся в улыбке и извинился за беспокойство. Затем, словно о чем-то вспомнив, достал из кармана фоторобот и показал женщине.

— Посмотрите внимательно, случайно нигде не видели этого человека?

— Нет! – покачала головой женщина. – Никогда не видела.

В ее облике было столько равнодушия, что брала досада. Она даже не полюбопытствовала, за что разыскивается этот человек, и сразу же, как только опер сделал под козырек, захлопнула дверь. «Просто динозавр, а не баба», – с досадой подумал Степанов, спускаясь по лестнице. Еще он подумал, что они ошиблись и зря поставили здесь засаду.

Однако по выходе из подъезда опер заметил, что окна на третьем этаже квартиры, в которой он только что был, потухли. «Ага, секут из окна! – воспрянул духом Степанов. – Значит, насторожились. Отлично!»

Опер сделал вид, что направляется в соседний подъезд, однако, не дойдя, озабоченно посмотрел на часы и остановился в раздумье. Почесав затылок, он махнул рукой и, развернувшись, быстрым шагом почесал прочь. Это был театр для тех, кто наблюдал за ним из дома. Завернув за угол, Степанов в одну минуту обежал переулок со стороны улицы и вновь вошел в него с противоположного конца, где в тени киоска под деревьями стояла темно-синяя «шестерка» с тонированными стеклами.

— Володя, мы не поняли твоего маневра. Поясни! – заржали в машине мужики.

— Сейчас поймете! – ответил опер, усаживаясь на заднее сиденье и вальяжно закуривая сигарету. – Посмотрите, свет опять включили.

Однако не успели коллеги приколоться по поводу включенного света, как ожившая рация сообщила, что стоящий на «прослушке» абонент только что позвонил кому-то на сотовый номер. Дословно он сказал следующее:

— Срочно сваливаем! Еду к тебе! Объясню на месте.

Кому он звонил – мужчине или женщине – не установлено. С другого конца ответа не последовало. Зато удалось засечь номер абонента, которому позвонил наблюдаемый.

Опергруппа насторожилась. И не напрасно. Через десять минут из второго подъезда дома номер шесть вышел невысокий плотный человек в черном пальто. На его плече висела большая спортивная сумка. Он быстрым шагом направился к автобусной остановке. Стоящая за киоском «лада» с тонированными стеклами не спеша тронулась за ним.

Прохожий в черном пальто явно занервничал и ускорил шаг. На углу машина резко обогнала единственного прохожего и перекрыла ему дорогу. Из «шестерки» выскочило четверо молодцов в гражданской одежде, которые, предъявив удостоверения, потребовали у прохожего паспорт.